На первую страницу номера

На главную страницу журнала

Написать письмо


И.Гоголев с народным артистом, режиссером Федотом Потаповым.
Покровск. Май, 1992 г.

Таланта светлого звезда

Искрометная, многогранная личность его сразу заявила о себе смело и ярко, подобно стремительному метеориту озарила горизонты якутской литературы, вызвав у ценителей поэтического слова радость и удивление, как при постижении необычайного, светлого явления природы. О нем писали, спорили, говорили. И мне хотелось бы сказать свое слово об единственном, неповторимом для меня Поэте божьей милостью, писателе Иване Гоголеве.

Хорошо помню годы засилия так называемого социалистического реализма. Но даже в то мрачное время настоящие таланты не поддавались удушливому гнету системы, мощной творческой силой, дарованной свыше, продолжали создавать подлинные шедевры искусства. Одним из самых ярких среди них был поэт Иван Гоголев. Еще в далеком 1952 году стихотворным сборником “Зовущие огни” в якутскую литературу вошел поэт большого самобытного дарования. С этого времени могучий дар Ивана Гоголева раскрывается, как говорится, не по дням, а по часам, играя всеми цветами радуги, многограньем бриллианта, не поддаваясь гнету обстоятельств, не чувствуя бега времени.

Говорить о писателе Иване Гоголеве трудно: он и поэт, и драматург, и прозаик, и детский писатель, и автор либретто опер и балетов. В каждом из этих разделов искусства слова Иван Гоголев раздвинул горизонты, обогатил жанры подчас не поддающимися ученой классификации творениями. Я, например, затрудняюсь определить жанр такого эпического, философского и в то же время лирического шедевра, как “Письмена на бивне мамонта” (правда, сам автор назвал его поэмой) и некоторых пьес-сказок.

Иван Гоголев прежде всего поэт. Позволю себе беглое замечание о поэтике Ивана Гоголева — это силлаботонические стихи классической формы, и верлибр, и катрены, и аллитерационный стих (анафора) и каламбурная рифма — словом, на эту тему возможны целые диссертации.

Поэзия Ивана Гоголева отличается чеканной простотой, богатством и красочностью языка, разнообразием системы образности, тонким лиризмом, философской глубиной и эпическим размахом. Ограничусь лишь некоторыми примерами. В сборнике лирики (1965 г.) есть стихотворение “Я — якут”, со словами:

“Я есмь с начала сотворенья,
Я буду, пока вечное время течет...”

Тогда нас как-то не взволновали, не задели эти вещие слова. Видимо, не дозрел наш дух, ибо их невозможно охватить сознанием, их надо воспринимать душой. Эти строки нашего поэта сродни высказываниям древних пророков, хотевших определить сущность понятия Бога. “Я есмь Я”, или “Я есть То”, или “Я есть Все”... Эти изречения уводят нас за пределы материализма, возвращают к духовной сути нашей. Это мы можем постичь сегодня, когда идет уже, хоть и трудно, духовное возрождение народов России, когда мы поняли, что мы, люди, состоим не только из материальных клеток, но есть у нас и духовное начало, то есть то, что называется от Бога — душа наша. Мы почти все поняли, что произошли не от обезьяны. А для поэта, с его озарениями, это никогда не было тайной за семью печатями,

Высокий смысл стихотворения дополняют и такие строки:

Ох, заглянули бы в сердце мое —
Как земля иссечено оно.

И простые лирические стихи о родной природе, включенные в сборник, пленяют нас особым видением поэта:

Слышу как звезда ночная
Прозрачными крыльями стучит.
Вот краса суровой зимы — птица клест:
Сама — что искорка — чолбон,
А душа ее — небо весеннее,
Прячется в густых ветвях,
Застеснявшись таланта своего.

В 1970 году вышел сборник “Под девятью небесами”, где впервые были опубликованы “Письмена на бивне мамонта”.

Во вступлении говорится, что раз в столетие Мать-Земля выступает с заветным словом и слышат его только великие поэты, Небо-отец раз в тысячелетие исторгает слова — пророчеств знаки и понимают их только вещие пророки. А свое заветное слово поэт много лет вынашивал в сердце и решился высказать человеку с чуткой, щедрой душой — тому, кто на планете творит любовь и радость.

Этим словом, этими письменами на бивне поэт пестует наши души, трудится над нашим духовным воспитанием и образованием. Он начинает второе и третье Письмо с гимна Человеку:

Все люди — дети солнца...
И я свечусь, как солнце.
Не потому ль мечтания
так солнечны, так ярки
и солнечны желания
и песнопения эти!

Но в жизни есть не только Свет и добро.

Вы спросите, сколько мне лет?
Сколько лет леденящему стону глухому?
Сколько лет неумолчной тоскующей песне?
Сколько лет слезе, чья тяжесть земли тяжелей?..
Сколько лет человеку, ровно столько мне лет!

Это не значит, что жизнь плоха.

Моя любовь к жизни сильней
Расцветает, бушует с каждым днем, каждый год.
Я — гулкое эхо,
что катится в даль, за хребты.
Я — древняя хвоя,
что дремлет в прохладных лощинах.
Я — роса,
что качается весело на ветвях
и белыми бабочками подымается в небо
с рассветом...
Небо, отраженное в глазах стрекозы, — это
я,
над рогами лосиными — белые ветви прохладной росы — это я,
журавлиное горло, где песня, как отзвук грозы, — это я,
Я — многолик, везде и повсюду.
Бессмертие земли — это я!

Мы как-то не обратили внимание на то, что просто поэт так не скажет, так сказать может только поэт, отмеченный пророческим даром. В последующих двадцати двух письмах в поэтических образах излагается лирико-философская летопись якутского духа (духовной эволюции народа). В этот же сборник включено 150 четверостиший-катренов — поэтические афоризмы житейской мудрости.

Люди, сильней чем змей
Презирайте клеветников.
Змеиный яд, бывает, лечит,
Яд клеветы всегда калечит.
Пятно любой грязи
Быстро с платья выводят,
Еще не придуман способ,
Как смыть с совести грязь.

 


Фото А.Винокурова. 17 декабря 1989 г.

В произведениях Ивана Гоголева перед нами встают во весь рост многогранные, величественные образы предков Эр Соготох Элляя, Тыгына, богатыря Бэрт Хара и других, оживает историческая память народа.

В поэмах высокого эпического звучания “Спасите небо”, “Слово древа АалЛуук”, в драматической поэме “За пять минут до полуночи” и других поднимаются глобальные проблемы судеб человечества и экологии мира. Поэт на то и поэт, чтобы не только радоваться всеми радостями людей, но и болеть всеми их болезнями, глубоко страдать за всех землян. За время коммунистической деспотии нас отучили от этого, приучали только к славословиям в адрес компартии и проклятиям в адрес всех остальных, мы забывали мессианское назначение настоящего поэта.

Впитал в мое сердце
Все беды и горе рода двуногих,
Заставил тревожиться всеми
Заботами и сомнениями людей,
Дал мне счастье радоваться
Высокой радостью века,
Назначил мне участь
Болеть всеми болезнями эпохи.

“Вторая встреча с Пушкиным”, 1987 г.

Любой писатель отражает свое время. Это так. Но все дело в том, как он отражает, какой ракурс, какие перспективы он освещает, что он видит. Если он отражает лишь так называемую злобу дня, появляются бабаевские и прочие подобные лауреаты. Если он видит и истоки, и время в перспективе, рождаются Пушкин, Твардовский, Гоголев. Кто-то из восточных поэтов-мудрецов заметил, что время состоит из двух отрезков: вчера (прошлое) и завтра (будущее), а сегодня (настоящее) — лишь переходный момент. Для поэта нет “своего” времени, для него время вообще все свое. Поэтому Гомер, Данте, Байрон, Лермонтов сегодня живее многих современников.

Особенностью всего творчества Ивана Гоголева является глубинное проникновение в душу человеческую, уважение к любой личности, великая любовь к человеку. Для поэта каждый из нас — планета, звезда, даже космос. Любовь поэта можно уподобить любви Христа (которую мы забыли или просто не знаем), у якутов это будет любовь сына Юрюнг Айыы (Верховного бога древних якутов).

Напомню две концепции человека в драме “Утро Лены”. Человек необузданных страстей и замыслов, деспот Дархан говорит:

Оказывается, у твари, что называется человек,
Жизнь короче рукоятки батыи.
Едва выбравшись из пеленок, мальчишка
Луком тальниковым играет, пока
Тонкая стрела, пущенная слабой рукой,
Упадет за оградой, ребенок уже
Становится мужем. Суровый тот воин
С кличем ликующим вонзает клинок
В древо вековое. Не успеет вырвать
Лезвие застрявшее, как уже мускулов
Тугие жгуты одрябли, в досаде
Горькой он плюнет, но быстрее плевка
Очутится сам на земле. Выжив уже из ума,
Ползает на карачках, забавляется
Трущимися друг о друга торбазами.
Хохочет весело толпа вокруг,
Не ведая того, что прежде чем сомкнутся
Уста, растянутые в оскале смеха,
Настигнет та же участь каждого из них...
Кто же человек? Что же такое жизнь?
Не знаю... И никто не знает.

Хранительница народной мудрости, жрица Доброты Эркээни учит молиться только добру, поклоняться красоте. Для нее человек — творец по своей природе.

Смелейший из пернатых орел благородный
К животворному солнцу летит навстречу,
К океану мчится великая река,
Отважный из людей к славе стремится.

А суть славы, назначение человека — борьба за счастье всех людей, за благо народа.

Чем больше мы живем, тем больше понимаем. Чем больше понимаем, тем больше затрудняемся определить, что же такое человек.

Я— бесконечная великая легенда,
Я — вечная загадка всех времен.
Я — человек...

Что бы ни происходило, что бы ни случилось, предельно ясно одно:

О, очень, очень хочется прожить
Большую жизнь,
такую, чтоб вокруг
Бурлила радость и цвели улыбки,
Беды б не знали люди никогда.
За эту жизнь готов я ежечасно
Идти в бой...

“Встречи с Пушкиным”.

Поэтами рождаются. Однако поэтами и становятся, поэтому так много поэтов-ремесленников. Наверно, нет человека, каким-то образом не поклоняющегося красоте, а это уже — предпосылка. Но не каждая искра дает пламя, не каждое пламя разгорается в костер.

Читатель,
Когда является настоящий поэт?
Поэт —
Когда талант воссоединится
С чистой совестью и высоким умом,
Когда он заболеет самой
Тяжкой болезнью эпохи.

“Кресало и кремень”.

Говорят, у каждой эпохи есть свои гении, свои таланты. Мы и это привязали к идеологии, к расовой политике, не подозревая, насколько мы этим искажаем, обедняем духовную суть человека и человечества.

Сегодня мы знаем, что каждый человек обладает своей аурой, и земля имеет собственную ауру — ноосферу, и мы посредством своей ауры через ноосферу имеем контакты с космосом, силой его. В этом ключе мы может понять, что наши общие, коллективные желания, мольбы и чаяния, объединяясь, образуют мощную духовную силу, которая напрямую стыкуется с великими духовными силами космоса. И тогда в самые критические для человечества периоды являются миру Кришна, Зороастр, Будда, Христос, Мухаммед, за ними и в промежутках рождаются пророки и великие поэты. Это называется деятельностью Провидения.

Провидение в свое время дало нам, якутам, Алексея Кулаковского, Платона Ойунского, Ивана Гоголева... Поэтому-то поэт разговаривает с солнцем, луной, со всем космосом, остро чувствует Великую Всеобщую Гармонию, Всеобщее сокровенное единство. И это его роднит с пророками.

Мое слово — о поэте. Но как обойти полным молчанием его драматургию и прозу, где тоже много поэзии.

В поэтической трагедии-трилогии “Посланец железного века”, “Утро Лены”, “Священный удел” в философском ключе раскрываются истоки происхождения современных якутов, исторические судьбы народа, судьба бунтаря Манчаары. В комедии-трилогии “Наара Суох”, “Ночь водяных духов”, “В поисках бога” в образе народного шутника-острослова, якутского Насреддина расцветает кипучая, искрометная мудрость народа. Драматург Иван Гоголев расширил горизонты драматургического творчества, разнообразил его жанры, обогатил возможности. Много лет репертуар Якутского драмтеатра питается его творениями, уже прошел : трехсотый спектакль “Наара Суох”. Драмы Ивана Гоголева с успехом ставились в театрах других республик.

В романе “Черный стерх” в эпико-романтическом стиле раскрывается панорама жизни Якутии начала XX века, периода революции и гражданской войны. Повесть “Не руби сук, на котором сидишь” — художественное исследование проблемы человека и природы, истоков нравственности. “Мудрость сердца выше мудрости разума. Если бы все люди были мудры сердцем, на земле не было бы места всякому злу, подлости и скверне”. Роман “Иэйэхсит” (“Богиня Милосердия”) — осмысление нашего сложнейшего времени, трагический роман-покаяние. Приведу из него два отрывка. Первый: “Мой верный, мой юный дружок, не смогу объяснить тебе, что такое жизнь. Пережив многое, изведав немало горестей и мук, испытав множество сомнений, ошибок, когда-нибудь ты сам поймешь это. Я не собираюсь все для тебя приготовить, одного хочу: чтобы ты с малых лет научился думать о жизни, о человеке и его назначении”. Второй (слова бывшего активного противника советской власти): “Подумай сам: отец поднимает клинок на сына, брат жестоко убивает брата — что может быть страшнее зверства этого! Никакая высокая цель не оправдывает этого!”

Нужно признать, что проза поэта — особая проза. Она не соответствует литературным канонам, не укладывается в привычные штампы, к ней и подход должен быть другим, она ждет своего исследователя.

Вначале я хотел написать статью на родном языке, потом подумал: конечно, Иван Гоголев — якутский писатель, но в такой же мере он — писатель России, более того — писатель общечеловеческий, ибо настоящий талант, тем более такой выдающийся, не может ограничиваться национальными и государственными рамками, он — достояние всего человечества.

Иван Гоголев много переводился на разные языки. По моим подсчетам вышло двенадцать (может, больше?) книг на одном русском. Есть удачные, хорошие переводы. Но должен сказать — не всегда. Поэтому и предпочел дать свои подстрочные переводы: “имеющий уши слышит”.

Иван Гоголев прекрасно знает мировую классическую литературу, историю мировой цивилизации и культуры, всегда в курсе достижений современной литературы.

Из поэтов он особенно выделяет Пушкина, Гете и Байрона, из прозаиков — Л.Толстого и И.Тургенева.

Пушкин и Гоголев... Это предмет очень серьезного исследования. Мы здесь ограничимся лишь краткими общими замечаниями.

Иван Михайлович как-то сказал: “Когда мне тяжело и грустно, беру книгу Пушкина, перечитываю стихи его и тогда все проходит — грусть, усталость, и я сажусь творить, писать”.

Возьмите его поэму “Встречи с Пушкиным”, перечитайте внимательно еще раз и вы поймете, что, несмотря на отдаленность эпох, Гоголева с Пушкиным роднит боль за эпоху, за человека.

Стал я жить с этих пор
Радостью и страданием
Эпохи моей многотрудной,
Жестокой эпохи моей...

Как и Пушкин, Гоголев — рыцарь любви.

Что же со мной такое?
Ведь на висках седина.
Мне не дает покоя
Нашей любви весна.

* * *

...Как нежно луна освещала
Черты дорогого лица...
Есть у любви начало,
Но нет у любви конца.

Как и Пушкин, Гоголев уверен в своем даре, в своей великой судьбе:

Быть для людей опорой и спасеньем,
Боль исцелять,
Бороться с полуправдой,
Будить планету песней по утрам...
Большую жизнь хочу прожить,
мечтая,
Бессмертным стать для счастия людей.

(Отрывки из поэмы приведены в удачных переводах Нелли Закусиной).

Иван Гоголев — мастер онегинской строфы в якутской поэзии (роман в стихах “Гора солнца”). Стиль Ивана Гоголева, можно сказать, это якутский вариант пушкинского — такие же легкость, ясность, простота, и в то же время — непостижимые красота и глубина.

Подлинный талант не поддается гнету системы. И советское время знает немало талантливых писателей, как русских, так и представителей других народов. Достаточно назвать имена таких выдающихся писателей, как Расул Гамзатов, Давид Кугультинов, Мустай Карим, Чингиз Айтматов. В этом же ряду стоят северяне Иван Гоголев, Юрий Рытхэу, Владимир Санги и Юван Шесталов...

Казалось бы, литература ранее бесписьменных народов должна была бы находиться на каком-то “своем” уровне. То, что названные писатели “отсталого” Севера буйно прорвались в ряды высокой литературы, объясняется синтезом древней, глубинной духовности патриархальных народов с высокой русской и миро вой духовностью. В истории духа не может быть ни молодых, ни древних, ни малых, ни больших народов. Дело в том, что в силу различных обстоятельств общественно-исторического и природно-географического характера некоторые народы позже вышли на мировую арену и подспудная их духовность, запоздало раскрываясь, дает неожиданно пышные плоды.

Якутская литература не обделена талантами. Но феномен И.Гоголева — это не обычная талантливость, это — гораздо выше. В “Слове о Толстом” Леонид Леонов говорил: “Думы и вдохновения, преодоленные сомнения и надежды эпохи и составляют золото литератур, живучесть которых целиком зависит от того, насколько они обеспечены историческим опытом современников, для таланта — казной всенародной, для гения — общечеловеческой”.

Нашего латиноамериканского современника Габриэля Гарсиа Маркеса называют “Колумбийским вулканом”. На берегах нашей благодатной великой Лены тоже есть вулкан — вулкан фантазии и творчества, вулкан поэзии и мудрости, имя ему — Иван Гоголев.

P.S. Эта статья была написана задолго до роковой даты. 22 ноября 1998 года Ивана Гоголева не стало... Но с творцами не прощаются, а провожают в последний земной путь их физическое существо — мир праху твоему, наш Иван!

Иван Гоголев — новатор во всех жанрах. В поэзии это — лирические стихи, сонеты, баллады, поэмы и роман в стихах. Особое место займут его афористические четверостишия — катрены, войдут в сокровищницу мудрости. В драматургии это — трагедия шекспировского накала “Утро Лены” (вариант “Серебряное стремя”, перевод не считаю удачным), искрометные комедии, фарсы, гротески и необычные сатирические сцены. В прозе — новеллы, повести и великолепные романы.

В творчестве Ивана Гоголева нашли наиболее полное отражение дух народа, мудрость его и красота души. Мы еще не осознали: какой Человек жил среди нас, творил для нас. Верно, грядущие поколения будут более чуткими и оценят по достоинству масштаб личности его творчества. Большое видится издалека.


Егор Сидорович СИДОРОВ, кандидат филологических наук, литературовед, доцент Якутского государственного университета, китаевед.

 

Яндекс.Реклама
водосточные системы найти статьи на сайте.. пластиковые окна kbe бесплатный сайт.. Детская мебель Pali из Италии - pali capriccio.
Hosted by uCoz