На первую страницу номера

На главную страницу журнала

Написать письмо

Петр Винокуров

ПО СЛЕДАМ ЗАБЫТЫХ ВЫСТАВОК

Жизненно важной, актуальнейшей задачей современного мира стало сохранение и возрождение историко-культурного наследия коренных народов. Без этого трудно и даже невозможно представить дальнейшее нормальное развитие цивилизации, ибо человечество в своем безоглядном движении вперед зашло в такой тупик, выход из которого невозможен без обращения к опыту предков, мудрость и традиции которых еще живы в культуре малочисленных аборигенов и почти совершенно утрачены большими народами.


Участники Сибиряковской экспедиции. 1894 - 1896 г.г.
Слева направо: 1-й ряд. 1) С.Я.Дмитриев, областной ветеринар; 2). Ф.Я.Кон; 3) Дмитриан Попов, священник; 4) Г.Л.Кондаков, чиновник особых поручений областного правления; 5) Н.А.Виташевский; 6) Д.И.Меликов, советник обл. правления; 7) Э.К.Пекарский; 8) А.И.Попов, член-секретарь Якутского стат. комитета, казачий сотник (хранитель вещей Всероссийской промышленной и художественной выставки в Нижнем Новгороде 1896 г.); 9) Л.Г.Левенталь; 10) С.В.Ястремский.
11-й ряд. 1) Г.Ф.Осмоловский, делопроизводитель выставки в Нижнем Новгороде; 2) Е.Д.Николаев, Ботурусский улус; 3) В.Е.Гориновач; 4) Н.И.Майнов; 5) Н.Н.Геллер, ссыльнопоселенец.

В широкой, многопрофильной программе реализации этой задачи важное место должны занять работы по созданию всеобъемлющего банка данных о памятниках материальной и духовной культуры коренных народов, для чего необходим сбор сведений не только внутри отдельных регионов, но и далеко за их пределами. Относительно Якутии этот вопрос мы ранее поднимали в ряде статей ("Чорон на музейном стенде. Якутия в зарубежных собраниях". - "Соц. Якутия". - 1987. - 26 июля; "Где хранятся "якутские коллекции". - "Соц. Якутия". - 1987 г. - 31 октября; "По следам "якутских коллекций". ("Ургэл". Вестник культуры Якутии / 1994. № 4. - С. 19-23 и др.), в которых на основе анализа архивных и литературных данных говорилось о наличии достаточно богатых якутских коллекций в Российском этнографическом музее, в Музее антропологии и этнографии РАН, Иркутском краеведческом музее, о находке следов якутских вещей в музеях Хабаровска, Магадана, Кяхты, Новосибирска и Благовещенска. об обнаружении единичных, но ценных предметов из Якутии в фондах Государственного исторического музея, Эрмитажа, Музея искусства народов Востока и Всероссийского музея декоративно-прикладного и народного искусства. В статьях также упоминались зарубежные музеи. например. Американский музей естественной истории в Нью-Йорке, Лейпцигский музей народоведения, Гарвардский музей штата Массачусетс. музеи Гамбурга и Франкфурта-на-Майне. В 1994 г. увидела свет книга С.Н.Горохова "Якутский экспонат "Ысыах" в коллекции Британского музея", в которой автор отмечает, что в названном музее хранятся 650 наименований якутских вещей.

В вышеупомянутые музеи якутские экспонаты попадали самыми различными путями. В основе коллекции, имеющейся в Российском этнографическом музее, лежат вещи, собранные в свое время политссыльным Э.К.Пекарским и художником И.В.Поповым. В фондах Музея антропологии и этнографии можно найти предметы материальной культуры и культа, собранные в Якутии еще участниками Второй Камчатской экспедиции (1733-1743 гг.) для первого музея России - Кунсткамеры. Эту традицию продолжили другие академические экспедиции, материалы которых со временем были выделены в отдельную "якутскую коллекцию". Формирование ее приобрело систематический характер с работ Сибирской экспедиции А.Ф.Миддендорфа (1842-1845). Около 500 экспонатов по этнографии якутов, хранящихся в Иркутском краеведческом музее, в основном были собраны Вилюйской экспедицией Р.К.Маака (1854-1855) и Якутской (Сибиряковской) экспедицией (1894-1896), организованными Восточно-Сибирским отделом Императорского Русского географического общества (ВСОИРГО).

Важнейшим каналом, через который распространялись якутские материалы, были различные отечественные и зарубежные выставки (до 1917 г.), в которых принимала участие Якутская область. Именно этому, до сих пор совершенно неизученному явлению, посвящена данная статья. Обращение к этой теме представляет большой интерес и в том плане, что при этом приоткрывается интересная забытая страница в дореволюционной культурной жизни края, которая до недавнего времени рисовалась, особенно в литературе пропагандистского толка, самыми мрачными красками. Итак, до 1917 г. Якутская область, по нашим данным, участвовала в следующих выставках:

1. Русская этнографическая выставка. Москва. 1867 г.
2. Всемирная выставка. Париж. 1867 г.
3. Выставка промышленности. Иркутск. 1869 г.
4. Всероссийская выставка мануфактурных и ремесленных произведений. Санкт-Петербург. 1870 г.
5. Политехническая выставка. Москва. 1872 г.
6. Всемирная выставка произведений земледелия, промышленности и художеств. Вена. 1873.
7. Выставка на 3-м Международном конгрессе ориенталистов. Санкт-Петербург. 1876 г.
8. Антропологическая выставка. Москва. 1879 г.
9. Сибирско-уральская выставка. Екатеринбург. 1887 г.
10. Всероссийская промышленная и художественная выставка. Нижний Новгород. 1896 г.
11. Всемирная выставка. Париж. 1900 г.
12. Всероссийская кустарно-промышленная выставка. Санкт-Петербург. 1902 г.
13. Выставка Приамурского края. Хабаровск. 1913 г.
14. Всероссийская Гигиеническая выставка. Санкт-Петербург. 1913 г.

Согласно целям и задачам этих выставок сбор материалов для них в основном должен был идти по следующим направлениям:

1. Сырые продукты "растительного, минерального и животного царств", которые могут служить предметом выгодной, по местным меркам, обработки.

2. Изделия, которые имеют значительный сбыт или занимают на обработку значительное число рук.

3. Орудия и машины местного изобретения или изготовления.

Так было на бумаге. Однако на деле сбор шел практически только по второму направлению и основной массив экспонатов из Якутии даже на выставках промышленного профиля, как правило, составляли этнографические вещи (одежда, украшения, орудия труда и охоты, утварь и т.д.). Это определялось, главным образом, экономическим положением края, выражающимся в отсутствии сколь-либо крупных промышленных заведений и в достаточно высоком развитии народных промыслов, направленных на удовлетворение повседневных нужд населения. Пример - Всемирная выставка в Париже 1900 г., на которой более 80 процентов якутских экспонатов составляли этнографические предметы.

Из документов видно, что среди всех этих вещей наибольший спрос и сбыт имели деревянная и берестяная посуда. По свидетельству экспонента Ф.И.Лепчикова, в Восточно-Кангаласском улусе в год производилось до 1200 чоронов (кубков для кумыса), 1500 матарчахов (кубков без ножек), 2000 ыагая (берестяных ведер), 600 симиров (емкостей для наливания кумыса). Столь же высок был спрос на топоры и ножи, которых одни кузнецы Октемского наслега Западно-Кангаласского улуса делали до 2000-3000 в год. Последние изделия купцы вывозили в Среднеколымск, Вилюйск, Верхоянск и Олекминск, где продавали значительно дороже, чем в Якутске. Достаточно высоко ценились якутские винтовки, но, видимо, из-за сложной технологии производства, принимались только единичные заказы. Из других орудий охоты на двух московских выставках (1872, 1876) были представлены лук и пальма, оцененные соответственно только на 5 рублей и на 50 копеек.

В фактурах на отправляемые вещи высоко оценены праздничные меховые и ровдужная костюмы - до 100 рублей, еще выше цены (до 150 рублей) названы лишь на украшенные серебряными пластинами мужские и женские пояса. Из отдельных ювелирных украшений наиболее дорого стоили нагрудные и наспинные украшения (илин, кэлин кэбиhэр) - 70-72 рубля и якутские нагрудные кресты (сурэх) - 35- 50 рублей.

На выставках по возможности широко представлялись тунгусские вещи. Это были в основном образцы одежды, предметы повседневного пользования из оленьей шкуры, рыбьей кожи и других специфических арктических материалов. Среди них попадались такие уникальные веши, как чум из налимьей кожи, сумочка из лебяжьих лапок.

К сожалению, по принятому тогда правилу, ни на одной выставке не упоминались имена мастеров, чьими руками создавались представленные подлинные произведения народно-прикладного искусства. Нам более или менее точно известны имена только нескольких косторезов. Иннокентий Попов из Батаринского наслега Мегинского улуса в 1866 г. по заказу купца Г.Павлова выточил макет Якутского острога. Краевед С.Н.Сизых упоминает об участии в этой работе еще и земляка Попова Л.Харитонова. Макет экспонировался на Промышленной выставке в Иркутске 1869 г., на выставке на 3-м Международном конгрессе ориенталистов в Санкт-Петербурге 1876 г. и на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде 1896 г. Пожалуй, это единственный экспонат, демонстрировавшийся на столь многих выставках. На двух выставках - Нижегородской и Парижской (1900 г.) - экспонировался макет церкви святого Преображения в г. Якутске, сделанный якутом Кангаласского улуса Петровым. Продолжая тему об экспонатах из мамонтовой кости, еще отметим, что они во всех случаях представляли собой модели жилищ, хозяйственных построек, транспортных средств, фигурки домашних животных. Только на Нижегородскую выставку некто Алексеев отправил шкатулку, а на Парижской выставке (1900 г.) экспонировались бивни мамонтов, представленные промышленниками Я.Ф. и М.М.Санниковыми, П.И.Стрижевым.

Очевидно, значительное место на выставках занимали образцы пушнины. Возьмем, к примеру, Венскую всемирную выставку 1873 г. На ней колымский купец М.Н.Барамыгин представил 2 белых песца, по 100 белок и горностаев, 2 бобра, 10 красных лисиц и т.д. Его перещеголял староста 2-го Тыллыминского наслега Мегинского улуса Ф.И.Лепчиков, доставивший по 2 соболя и лисицы, 100 горностаев, 250 белок, 40 красных лисиц, по 10 хорьков и белых песцов и т.д. Только эти два экспонента выслали на выставку 26 наименований образцов пушнины.

Наибольшее количество экспонатов было собрано для Нижегородской и Парижской (1900 г.) выставок (соответственно 209 и 192). Секрет этого был прост и состоял в том, что работы по ним начались заблаговременно - примерно за 2 года, велись планомерно по хорошо разработанным программам, в достаточной степени финансировались со стороны заинтересованных организаций и лиц,

Вообще, выставки требовали огромной организационной работы. На самом высоком уровне, иногда с Высочайшего повеления, создавались Комитеты и Комиссии. Работу курировали Министерства - финансов и внутренних дел. На уровне Восточной Сибири выставками под руководством генерал-губернатора занимались Восточно-Сибирское отделение Русского технического общества, специально созданные Вспомогательные Комитеты ВСОИРГО. В области это дело поручалось Якутскому областному статистическому комитету. Для содействия Нижегородской (1896 г.) и Парижской (1900 г.) выставкам под председательством Якутского губернатора создавались местные Вспомогательные Комитеты, в качестве делопроизводителя привлекался политссыльный Г.Осмоловский. Инструкции и программы, получаемые от организаторов, детализировались в Иркутске и Якутске. Затем с предписанием за подписью губернатора направлялись всем исправникам округов. Наряду с ними губернатор обращался непосредственно к представителям местной интеллигенции, купечества, к зажиточным инородцам, всем, кто мог оказать содействие в сборе материалов. Начиная с работ по Политехнической выставке в Москве 1872 г., ориентированных прежде всего на выявление характерных для каждого региона промыслов, в предписаниях губернатора, наряду с общими указаниями, стал приводиться перечень подлежащих сбору изделий местного производства.

Теперь об экспонентах, которых нами насчитано более 60-ти человек. Ими преимущественно выступали представители улусных и наслежных властей, купцы. Из них вышеупомянутые М.Н.Барамыгин, Ф.И.Лепчиков, а также голова Западно-Кангаласского улуса А.Н.Гермогенов, староста Бетюнского наслега Намского улуса П.П.Романов, староста 2-го Жехсогонского наслега Ботурусского улуса А.Сивцев стали экспонентами нескольких выставок. Много предметов поступало от исправников, проводивших сбор в округах. Верхоянский исправник А.В.Пермяков ухитрился собрать ровно столько экспонатов - 190 - сколько было отобрано от всего поступившего по области для отправки на Парижскую всемирную выставку 1900 г. Вместе с Пермяковым следует отметить собирательскую работу при особенно трудных условиях Приполярья другого Верхоянского исправника - Ф.П.Бубякина, земского заседателя Верхоянского округа А.Д.Шелаковского и Колымского исправника В.В.Иващенко.

Представление материалов экспоненты оговаривали разными условиями. В первое время они, кажется, довольствовались самим фактом участия на выставках, возможностью поведать миру о своем крае и ее обитателях. По крайней мере, речи о продаже или возврате экспонатов тогда не было. А на Промышленной выставке в Иркутске все экспоненты пожертвовали высланные вещи в пользу ВСОИРГО. Предложение о продаже экспонатов впервые находим в фактурах вещей, представленных на Венскую выставку М.Н.Барамыгиным и Ф.И.Лепчиковым. Также здесь впервые со стороны Ф.П.Бубякина прозвучала просьба возвратить переданный экспонат - тунгусский женский костюм. Все остальные экспоненты высказались за безвозмездную передачу экспонатов в распоряжение Комиссии по содействию выставке и даже отказались от заполнения фактур.

Обязательное условие возвращения экспонатов в случае их не реализации поставили экспоненты выставки на Международном конгрессе ориенталистов мещанин Н.Г.Монтрезоров, староста 2-го Жехсогонского наслега Ботурусского улуса А.Сивцев, голова Восточно-Кангаласского улуса Г.Соловьев. Староста Кюкяйского наслега Сунтарского улуса А.Самсонов при отправке заявил о пожертвовании вещей, но затем стал требовать их возвращения. О продаже или возвращении вещей условились экспоненты Парижской выставки 1900 г. учитель Сунтарского народного училища Д.Д.Сивцев и почетный инородец Г.П.Терешкин. У нас за исключением случая на Парижской выставке 1900 г., когда оптом была продана почти вся якутская коллекция, нет сведений о реализации намеченных на продажу предметов или о получении экспонентами средств от этого. К покупке при возможности прибегали в Якутске. Так, когда генерал-губернатор на сборы материалов по Якутской области для Нижегородской выставки выделил 1500 рублей, был приобретен ламутский костюм и заказаны модели юрты и двух нарт.

Со временем экспоненты все более и более стали бояться невозвращения своих вещей. В период, когда в течение длительного времени потерялись следы предметов, отправленных на выставку на Международном конгрессе ориенталистов, когда по этой причине, по словам Якутского губернатора Ф.Г.Черняева, "самое сочувствие к выставкам уже довольно охладело", не оказалось желающих участвовать на Парижской всемирной выставке 1878 г. и лишь несколько предметов удалось достать для Антропологической выставки в Москве 1879 г. Люди тем более воздержались от участия в них, так как обратная транспортировка вещей возлагалась на самих экспонентов.

Одной из основных причин невозвращения экспонатов было стремление организаторов выставок создать на базе полученных материалов свой музей или обогатить коллекцию, если он уже существовал. Так было на Промышленной выставке в Иркутске, Политехнической и Антропологической выставках в Москве. Экспонаты с последней с вещами, отправленными на выставку к Международному конгрессу ориенталистов еще в 1876 г., удалось возвратить, и то лишь частично, только в 1886 г. Причем на обратном пути, в Иркутске, некоторые из них были оставлены для музея ВСОИРГО. По самым разным причинам столь же низок был процент возвращения с других выставок. Что говорить об этом, если с такой хорошо организованной выставки, как Нижегородская, из 209 отправленных экспонатов, при отсутствии каких-либо сведений о продаже или передаче их кому-нибудь или куда-нибудь, обратно получили только 79.

Сложную проблему представляла транспортировка вещей. Выставочный материал зимним путем или в период навигации доставлялся в Иркутск, где располагались сборно-приемные пункты по Восточной Сибири. Оттуда через посредничество соответствующих инстанций переправлялись к месту назначения. Вещи отправлялись почтой или в сопровождении представителей области на выставке или просто с попутчиками. Происходило так, что экспонаты для одной выставки высылались по различным каналам и по частям. Это, конечно, создавало дополнительные трудности, неудобства как для отправляющих, так и принимающей стороны.

Трудности транспортировки не давали возможности к отправке подлинных габаритных вещей. Этим объясняется большой удельный вес среди экспонатов моделей предельно уменьшенного размера. Не всегда положительно сказывалось то, что в целях сокращения мест и веса груза иногда проводился чрезмерно жесткий отбор из собранного материала. Были случаи осмотра и отбора вещей также в Иркутске. Известно, например, то, что там Вспомогательный Комитет не принял некоторые образцы якутской пушнины, высланные на Венскую Всемирную выставку, на том основании, что в его распоряжении уже имелись точно такие же, но "лучшего качества".

Дальность и длительность пути, бездорожье, частые перетранспортировки приводили к поломке, порче экспонатов. Даже как никогда тщательно упакованные вещи, отправленные на Нижегородскую выставку, подверглись реставрации в Иркутске и по прибытии на место назначения. При этом за порчу экспонатов практически никто не отвечал. Когда мещанин Н.Г.Монтрезоров, ждавший возвращения своих вещей, отправленных на выставку, в течение 10 лет, справедливо потребовал денежную компенсацию за испорченные меховые изделия, то генерал-губернатор ответил категорическим отказом.

Несколько слов о представителях области на выставках, главной обязанностью которых было сопровождение вещей и приведение пояснений во время выставки.

Первыми представителями были назначены на выставке к 3-му Международному конгрессу ориенталистов староста Жерского наслега Западно-Кангаласского улуса П.М.Боппосов и его соплеменник Е.Н.Слепцов. По данным П.П.Петрова, они взяли с собой еще мальчика И.Прядезникова. Также с ними на свои средства выехал отставной фельдшер из Олекминска П.Скрябин. Депутатом на Нижегородскую выставку собрание улусных голов и почетных инородцев выбрало голову Дюпсинского улуса В.В.Никифорова. Он с честью оправдал это доверие, заслужил высокую похвалу заведующего Сибирским отделом, выдающегося русского географа П.П.Семенова-Тянь-Шанского. Интересно, что он, по всей вероятности, привлек к своей работе находившихся в центре земляков П.Н.Сокольникова, П.А. и М.А.Афанасьевых.

На Парижскую выставку 1900 г. с разрешения Якутского губернатора А. Миллера выехали вышеупомянутые экспоненты Д.Д.Сивцев и Г.П. Терешкин. Есть замечательные сведения о том, что Д.Д.Сивцев, одетый в якутскую одежду, давал пояснения не только на русском, но и на французском языках. Кстати, национальную одежду на себе демонстрировали и В.В.Никифоров, Г.П.Терешкин. Заведующим якутскими экспонатами на Гигиенической выставке в Санкт-Петербурге в 1913 г., в которой область приняла участие немногочисленными, но очень выразительными вещами, успешно проработал студент Московского коммерческого института В.Г.Никифоров.

Материалы об участии Якутии на отечественных и зарубежных выставках очень важны в плане выявления предметов культурно-исторического наследия народов республики. Дело в том, что они прямо или косвенно наводят на след невозвращенных вещей, дают определенную информацию об их дальнейшей судьбе.

Сегодня мы, например, знаем, что якутские вещи, представленные на Русской этнографической выставке в Москве 1867 г., были отправлены на Всемирную выставку в Париж (1867 г.) и что затем часть из них оказалась в Британском музее. Или о том, что распорядитель Русского отдела на Парижской выставке 1900 г. М.В.Пихтин, несмотря на предписание Якутского губернатора о возвращении вещей, продал их за 2000 рублей Лейпцигскому музею. Знаем, что без ведома якутских властей коллекции, доставленные на Промышленную выставку в Иркутске, перекочевали на Всероссийскую выставку мануфактурных и ремесленных произведений в Санкт-Петербурге 1870 г., а высланные на выставку на Международном конгрессе ориенталистов - на Антропологическую выставку в Москве. Есть мнение, что в Иркутске застряли экспонаты, возвращавшиеся с Венской выставки.

Работы над выставками были важными культурными событиями в жизни досоветской Якутии. Проявление всякого интереса к материальной и духовной культуре коренных народов перекликалось с их естественным стремлением к сохранению и пропаганде национальных культурных ценностей, самобытного уклада жизни. Именно этим в значительной степени можно объяснить активное содействие населения выставкам, без которого все подготовительные работы были бы обречены на неизбежную неудачу.

Таким образом, до 1917 г. Якутия, за исключением Парижской выставки 1878 г., в той или иной мере была представлена во всех отечественных и зарубежных выставках, на которых предполагалось ее участие. Благодаря этому, область сумела громко заявить о себе наиболее доступным и наглядным языком экспонатов - образцов природных богатств, произведений народного искусства, продукцией кустарных ремесел. Экспозиции якутского раздела выставок всегда имели успех, пользовались особым вниманием. Подтверждение тому - высокие награды Русской этнографической выставки в Москве, Иркутской промышленной выставки. Нижегородской выставки и Гигиенической выставки в Москве. Область была достойно представлена и на международном уровне - на Венской и Парижской всемирных выставках.

Итак, за период с 1867 по 1913 гг. окраинная, как бы Богом забытая, Якутия сумела участвовать - ни много, ни мало - в 14-ти крупных выставках за пределами области, в том числе в 3-х зарубежных. Между тем, если вспомнить, в годы советской власти такое было крайней редкостью, да и в наши дни вряд ли можем похвастаться подобной плотностью представления республики на выставочных павильонах страны и мира. Словом, "в краю снегов и холода", "в стране ледяного сфинкса" культурная жизнь, оказывается, текла своим чередом и до 1917 г.


ЛЕТОПИСЬ ВЫСТАВОК

1867 г. Русская этнографическая выставка. Москва.

1867 г.

Организация

Выставка создавалась по инициативе Императорского Общества любителей естествознания при Московском университете. Председатель Распорядительного Комитета по ее устройству обратился в Министерство внутренних дел с ходатайством о приглашении губернских статистических комитетов "оказать просвещенное содействие к успешному устройству предпринятой выставки принятием на себя пересылки в Императорское Общество любителей естествознания тех предметов, которые экспонентами и жертвователями будут предназначены для выставки".1 По этому поводу министр внутренних дел направил Якутскому гражданскому губернатору А.Д.Лохвицкому циркулярное предписание от 24 января 1866 г. На этом основании 4 апреля губернатор дал соответствующее распоряжение Якутскому областному статистическому комитету (ЯОСК), по линии же последнего за подписью губернатора были направлены необходимые предписания к окружным исправникам.2 Уже 7 апреля в адрес Распорядительного комитета были отправлены первые ящики с экспонатами.3

Экспонаты и экспоненты

В предписании Якутского гражданского губернатора в ЯОСК от 7 апреля 1866 г. сообщается о приобретении для выставки шаманского костюма со всеми принадлежностями без указания на то, у кого это куплено. Описание костюма подтверждает наличие в нем культовых атрибутов.4 В ноябре 1866 г. Вилюйский исправник отправил якутские мужские, женские костюмы, а также "медные украшения", пожертвованные головой Мархинского улуса Федором Мордовским, старостой Мегежекского наслега Даниилом Гоголевым и кандидатом в головы Мархинского улуса Ксенофонтом Шестаковым (медные украшения).5 Все эти вещи были своевременно высланы и получены Распорядительным Комитетом.6 Кроме того, есть уведомление комитета о получении двух чукотских костюмов и винтовки.7 На письмо Распорядительного комитета от 15 октября 1866 г. о желательной доставке для выставки моделей местных жилых построек для полноты коллекций таких моделей, поступающих из многих мест, в феврале 1867 г. ЯОСК отправил "сделанную якутом из кости модель юрты с хотоном и урасою".8

Результаты

Экспоненты Ф. Мордовской и Д.Гоголев удостоились наград9 выставки, свидетельства о чем были направлены Советом Императорского Общества любителей естествознания в адрес ЯОСК 25 октября 1867 г. с просьбой доставить по назначению.10 Известно, что материалы выставки стали частью Московского публичного Румянцевского музея (впоследствии влились в фонд Российского этнографического музея).11 По предположению С.Н.Горохова, якутские экспонаты были переправлены на Всемирную выставку 1867 г. в Париж, а оттуда часть из них попала в Британский музей.12

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343 и, оп. 1, д. 135, л. 2-3.
2.Там же, л. 1.
3. Там же, л. 5.
4. Там же, л. 2.
5. Там же, л. 26-27.
6. Там же, л. 38.
7. Там же, л. 39.
8. Там же, л. 25; По всей вероятности, здесь речь идет об изделии, сделанном жителем Хамагаттинского наслега Намского улуса Николаем Белоусовым. Имеется подписка, данная им смотрителю училищ Якутской области А.И.Петрову в том, что он за 25 рублей в пределах месяца обязуется изготовить разные вещи из кости, в том числе "Якутский дом с хотоном, в юрте мужчину и женщину, в хотоне две коровы с телятами и коровницу, урасу Якутскую, бютяй в столбах в три перекладины как городьбу" (Там же, л. 30). Заказ этот возможно сделан Петровым по поручению ЯОСК в связи с получением письма Распорядительного комитета от 15 октября 1866г. с просьбой отправить модели местных построек.
9. Виды наград не указаны.
10. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 135, л. 39.
11. Государственный музей этнографии народов СССР. - Л., 1977. - С. 4.
12. Горохов С.Н. Якутский экспонат "Ысыах" в коллекции Британского музея. - Якутск, 1993. - С. 8, 10.

1867 г. Всемирная выставка. Париж1.

Примечание

1. По мнению С.Н.Горохова, на этой выставке была представлена якутская коллекции, демонстрировавшаяся на Русской этнографической выставке 1867 г. (Горохов С.Н. Указ. соч. - С. 8).

1869 г. Выставка промышленности. Иркутск.

1869 г.

Организация

Выставка проходила под эгидой Восточно-Сибирского отделения Русского технического общества. В Якутии под руководством ЯОСК сбор материалов велся в основном в пределах Якутского округа.1 Все золотые прииски открыто отказались участвовать на выставке.2 Область была представлена только по сельскохозяйственному, мануфактурному и ремесленному отделениям. Материал отправлялся в Комитет выставки в г. Иркутск.

Экспонаты и экспоненты

От крестьянина И.Колосова поступили образцы трех сортов пшеницы, двух - ячменя, овса и ярицы. Не менее богатый ассортимент зерновых передал старшина Багаратского наслега Западно-Кангаласского улуса якут М.Мокрощупов. Овощеводство было представлено арбузом весом в 15 фунтов из огорода купчихи М.Капустиной и кочаном капусты весом в 10 фунтов от крестьянина Аянского тракта О.Спиридонова. По сельскохозяйственной части также участвовали (неизвестно какой культурой) крестьяне Е. и В.Григорьевы.

По мануфактурному и ремесленному отделениям завод скопцов Мархинского селения И.Биркина и Г.Хнорова доставил масленое мыло и подошвенную кожу.3 ЯОСК отправил на выставку "модель Якутской крепости" из мамонтовой кости (на снимке), переданную в комитет в 1866г. купцом Г.Павловым.4 От него же поступили топор, ножик, огниво, пальма, брусковое железо, а также черная заячья шкурка, два соболя.5 Согласно условиям выставки, все материалы были снабжены сопроводительными сведениями о размерах производства.6 Все высланные вещи экспоненты пожертвовали в пользу Восточно-Сибирского отдела ИРГО.7

Результаты

Ряд экспонентов Якутской области получили похвальные листы: по сельскохозяйственному отделению - крестьяне О.Спиридонов, Е. и В.Григорьевы. И.Колосов М.Мокрощупов и купчиха М.Капустина; по мануфактурному и ремесленному отделению - купец Г.Павлов. Восточно-Сибирское отделение Русского Технического общества объявило глубокую благодарность ЯОСК за содействие в организации выставки. Награды были получены 31 декабря 1869 г.8 Все экспонаты, кроме проданных мыла и 2-х топоров, были оставлены для отправки на Всероссийскую выставку Организаторы издали каталог выставки, 10 экземпляров которого поступили в ЯОСК.9

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343и. оп. 1. д. 158, л. 3-8.
2. Там же, л. 21-29.
3. Там же, л. 3-4.
4. По сообщению краеведа С.Н.Сизых, макет был сделан по заказу Павлова косторезами Батаринского наслега Мегинского улуса И.Поповым и Л.Харитоновым (Сизых С.Н. Туортэ коспут куорат. // Кыым. - 1976. - 30 сент.).
5. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 158, л. 2, 4.

6. Там же, л. 9, 16-19.

7. Модель Якутского острога и другие вещи, переданные Г.Павловы.м, по окончании выставки были пожертвованы им Сибирскому отделу ИРГО. Однако Восточно-Сибирское отделение Русского технического общества, в котором намечалось создание музея, обратился к Управляющему Якутской областью с просьбой оставить все высланные вещи в его распоряжении. Экспоненты не были против, если на это согласится Сибирский отдел ИРГО. Между тем последний не уступил и поэтому ЯОСК вынужден был обратиться к бывшему Распорядителю выставки Б.А. Милютину с просьбой передать вещи в Сибирский отдел ИРГО (Там же, л. 1, 7, 15, 42-43). Однако, по сообщению И.Г.Березкина и С.Н.Сизых, модель острога была возвращена, затем, как выше указывалось, экспонировалась еще в 2-х выставках (Березкин И.Г. Археологические и этнографические материалы отдела истории дореволюционного прошлого. // Сб. науч. статей. / ЯРКМ. - Якутск, 1960. - Вып. 3. - С. 97; Сизых С.Н. Указ. соч.).
8. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 158, л. З8-40.
9. Там же.

1870 г. Всероссийская выставка мануфактурных и ремесленных произведений. Санкт-Петербург.

1870 г.

Организация

Подготовкой выставки при Министерстве финансов занималась Высочайше учрежденная Комиссия. В свою очередь генерал-губернатор Восточной Сибири учредил в г. Иркутске "Восточно-Сибирский Вспомогательный комитет для содействия к успеху выставки", который 16 сентября 1869 г. обратился к Управляющему Якутской областью с просьбой ознакомить "известнейших" фабрикантов и ремесленников с правилами о выставке, "направляя их предоставлять свои произведения" или в Комитет или в Комиссию при Министерстве финансов. Заявления об участии должны были предоставляться не позже 1 января 1870 г.1 В декабре Управляющий областью отправил предписания о содействии выставке Вилюйскому окружному исправнику, купцам Г.Павлову, П.Леонтьеву, М.Барамыгину, Якутскому городскому голове Очередину.2

Экспонаты и экспоненты

26 февраля 1870 г. ЯОСК на имя Комиссии при Министерстве финансов отправил вещи, доставленные Колымским купцом М.Барамыгиным: палатку из ровдуги, выделываемой юкагирами, сеть из нерпичьей кожи чукотской работы, половик из конской шерсти. Вещи со слов Барамыгина снабжены описаниями, в которых особо подчеркивается их практичность в специфических условиях Севера.3

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343, оп. 1, д. 159, л. 1.
2. Там же, л. 2-3.
3. Там же, л. 4, 7.

1872 г. Политехническая выставка. Москва.

1872 г.

Организация

Выставка создавалась по инициативе Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии при Московском университете и приурочивалась к 200-летию Петра Великого. В Восточной Сибири сбор и отправку вещей председательствующий в Совете Главного управления Восточной Сибири, генерал-лейтенант Шалашников возложил на Восточно-Сибирское отделение Русского технического общества.1 В предписании министра внутренних дел, генерал-адьютанта Тимашева на имя Начальника области от 7 апреля 1871 г. "дабы предметы, заслуживающие быть выставленными, не имели случайного характера, но в совокупности своей представляли бы действительную картину местных промыслов и производительности" рекомендовалось поручить сбор материалов статистическому комитету, имеющему соответствующие возможности и навыки.2

28 августа 1871 г. в Якутске была получена "Инструкция Центрального Статистического Комитета губернским Статистическим Комитетам по предмету содействия Московской политехнической выставке", в которой губернским статистическим комитетам вменялось в обязанность: 1) руководство собранием предметов местной промышленности и промыслов, которые заслуживают быть помещенными на выставке; 2) сбор и обработка статистических и описательных сведений, относящихся к местной промышленности, Далее указывалось, что сбор предметов может иметь такой же характер, какой был на Московской этнографической выставке 1867 г. Относительно статистических данных и описательных сведений в "Инструкции" по отраслям промышленности имелись конкретные вопросы.3 Датой представления материалов в адрес Восточно-Сибирского отделения Русского технического общества Главное управление Восточной Сибири установило 1 ноября 1871 г.4 8 июня и.д. губернатора В.П. де Витте всем окружным и горному исправникам, купцам П.М.Леонтьеву, М.Н.Барамыгину и Г.П.Павлову направил предписание о доставке предметов до 15 октября.5 Тем временем на имя Якутского губернатора пришло письмо Комитета Московского яхт-клуба от 23 июля с просьбой представить на выставку модели судов.6 Вещи, поступившие от экспонентов в количестве 47 наименований, были отосланы на выставку через Восточно-Сибирское отделение Русского технического общества 25 ноября 1871 г. и 10 января 1872 г., а также в количестве 6 наименований в адрес Комитета Московского яхт-клуба 25 ноября 1871 г.7

Задачи

Выставка должна была соединить "в себе всего, что может служить предметом или материалом для отечественной промышленности и заводской обработки". При этом выдвигалась задача представить "самые способы этой обработки в различных производствах", для чего экспонаты предполагалось расположить "в последовательном развитии промыслового, ремесленного и заводского дела, и, кроме того, где возможно, в историческом порядке". Все это было направлено на то, чтобы "выставка содействовала к проведению в массу народа возможно большого количества общеполезных сведений". Организаторы выставки также надеялись, что доставленный материал поможет устроить в Москве "общедоступный музей".8

Требования

В предписании председательствующего в Совете Главного управления Восточной Сибири от 19 марта 1871 г. определялись следующие основные направления сбора материалов: 1) Сырые продукты растительного, минерального и животного царств, которые, свидетельствуя об естественных богатствах края, в то же время могут служить предметами выгодной, по местным условиям, обработки; 2) Изделия, которые, характеризуя местную производительность, имеют на месте значительный сбыт или занимают на обработку значительное число рук; 3) Образцы сырых материалов, из которых делаются представляемые изделия; 4) Орудия и машины местного изобретения или изготовления, особенно употребляемые в золотопромышленном деле. Другое упомянутое предписание министра внутренних дел наставляло обратить особое внимание на сельское хозяйство, рыболовство, птицеловство, охоту, а также на разные производства, основанные на ручном труде, которые могут "указать на возможность совершенствования их, а также на то, какие именно производства, утвердившиеся в известной местности, могли бы быть перенесены с выгодою для населения и в другие местности".9

Экспонаты должны были доставляться в 2-х образцах. Примечательно, что в предписании и.д. губернатора В.П. де Витте к окружным исправникам и купцам, наряду с общими указаниями, приводился перечень подлежащих сбору предметов местного производства (сбруи, потники из конского волоса, винтовки, ножи, огниво и т.д.).10

Экспонаты и экспоненты

Голова Восточно-Кангаласского улуса Ф.И.Лепчиков представил изделия из самых разных материалов (дерево, береста, кожа, шерсть, железо). Как указано в описании предметов, среди них значительный сбыт имели чороны (кубки для кумыса, производство - 1000-1200 штук в год), матарчахи (кубки без ножек, до 1500 штук), ыагая (берестяное ведро, до 2000 штук), симири (емкости из кожи для наливания кумыса, 500-600 штук). Имели определенный спрос и доставленные Лепчиковым винтовка, турсуки из кожи для наливания кумыса, чайница и сахарница из бересты, ящики деревянные, ложки деревянные, струг, ковры из конской шкуры.11 В основном изделия из железа представил староста Жерского наслега Западно-Кангаласского улуса П.М.Бобносов. По его свидетельству, в их улусе одни кузнецы Октемского наслега делали в год до 2000 топоров и до 3000 ножей, большая часть которых вывозилась купцами в окружные города: Среднеколымск, Вилюйск, Верхоянск и Олекминск, где продавались значительно дороже, чем в Якутске. Наряду с этим в коллекции, предложенной Бобносовым, имелись пальмы, вилы, ножницы, огниво и т.д. Памятуя об особых требованиях выставки, он также доставил кусок выплавленного из руды железа, образцы двух наковален и других кузнечных атрибутов.12 Винтовку с замком и формой для отливки пуль, а также потник из конской шерсти, делающиеся из-за малого спроса только на заказ, сдал голова Западно-Кангаласского улуса А.Гермогенов.13 На призыв Московского яхт-клуба откликнулся купец Е.З.Аверенский, представивший модели из мамонтовой кости судов, плавающих по р. Лене: барки хлебной, паузка, каюка, ветки берестяной и лодки перевозной.14 От Колымского окружного исправника В.В.Иващенко поступила ровдуга из оленьей кожи, выделываемая юкагирами Колымского округа посредством оленьей печени.15 По части "продуктов растительного царства" староста Мархинского селения скопцов Г.Хноров доставил образцы зерновых семян.16

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 178, л. 13.
2. Там же, л. 14.
3. Там же, л. 19-21.
4. Там же, л. 13.
5. Там же, л. 15-16.
6. Там же, л. 25.
7. Там же, л. 61.
8. Там же, л. 1.
9. Там же, л. 13.
10. Там же, л. 15.
11. Там же, л. 40-41; Горохов С.Н. Указ. соч. - С. 7.
12. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 178, л. 54-55.
13. Там же, л. 53.
14. Там же, л. 44-47.
15. Там же, л. 42.
16. Там же.

1873 г. Всемирная выставка произведений земледелия, промышленности и художеств. Вена.

1873 г.

Организация

17 января 1872 г. министр финансов обратился к генерал-губернатору Восточной Сибири с просьбой в связи с устройством Русского отдела Всемирной выставки в Вене в 1873 г. учредить в г. Иркутске "Вспомогательный комитет по участию в ней России". Такой комитет под председательством самого генерал-губернатора был немедленно создан.1 27 февраля 1872 г. генерал-губернатор отправил Якутскому гражданскому губернатору предписание "оказать посильное... содействие к тому, чтобы вообще Восточная Сибирь в земледельческом, промышленном, ремесленном, фабричном и заводском деле была представлена на упоминаемой выставке, постараться привлечь... сколь возможно большое число экспонентов по тем ремеслам и фабрично-заводским производствам, которые особенно развиты... в области". Срок доставки предметов значился "никак не позднее конца сентября".2 26 марта 1872 г. и.д. губернатора В.П. де Витте доложил генерал-губернатору о рассылке предложений разным экспонентам, оговорившись при этом о том, что от дальних округов области "по предстоящей распутице указываемые вещи не могут придти в срок".3

В сентябре 1872 г. Вспомогательный комитет отправил в Якутск утвержденные министром финансов положения о Русском отделе Венской выставки, бланковые объявления и фактуры, предоставляемые вместе с вещами.4 Расходы на перевозку материалов в оба конца, а также страхование были отнесены за счет казны. Дирекция выставки заблаговременно сообщила размеры пространства, отведенного для Русского отдела. В письме Вспомогательного комитета от 9 октября 1872 г. Председателю Восточно-Сибирского отделения Русского технического общества указана уже точная дата проведения выставки: 19 апреля - 1 мая 1873 г. и срок доставки предметов в Вену "не позднее 1-го марта", а в Иркутск "не позже первой половины декабря".5

Требования

Насчет программы сбора в предписании генерал-губернатора от 27 февраля 1872 г. повторялись те же пункты, что и для Политехнической выставки в Иркутске 1872 г. При этом особо обращалось внимание на машины и орудия, употребляемые в золотопромышленном деле, причем, отмечалась желательность прослежения "исторически, по машинам ход развития промысла". Напоминая, что "Восточная Сибирь еще на долгое время останется предметом торговли внутренней и заграничной пушным товаром", указывалось представить "по возможности лучшие образцы пушнины и выделываемых звериных шкур". Далее, имея в виду многонациональность Восточной Сибири, предлагалось "собрать по возможности лучшие образцы костюмов всех инородцев". Наряду со всем этим рекомендовалось собрать "все те предметы из естественных богатств края или другие какие-либо вещи, которые почему либо остаются неизвестными науке и большинству специалистов, а известно лишь их владельцам, но которые могут обратить на себя особенное внимание на выставке, отличаясь изяществом отделки или какими-либо особенностями".6

Экспонаты и экспоненты

Бывший голова Восточно-Кангаласского улуса Ф.И.Лепчиков и купец М.Н.Барамыгин доставили образцы пушнины, а последний еще несколько пар меховых рукавиц и выделанные оленьи шкуры.7 Бывший голова Западно-Кангаласского улуса А.Н.Гермогенов представил коллекцию моделей речных судов, модель собачьей нарты, коробку и ножик из мамонтовой кости, ковер из конского волоса.8 Этнографические вещи пополнили тунгусский женский костюм от Верхоянского окружного исправника Ф.П.Бубякина, якутский лук со стрелами, пальма в кожаном футляре, кожаный пояс от старосты 2-го Жехсогонского наслега Ботурусского улуса А.Сивцева, винтовки якутской работы от головы Ботурусского улуса Е.В.Оросина и Вилюйского окружного исправника Ф.А.Аммосова.9 Последний также доставил куски каменной соли и железной руды, добываемых в Вилюйском округе.10

Вместе с вещами Барамыгин, Лепчиков и Гермогенов представили объявления и фактуры. В фактурах первых двух, пожелавших участвовать в качестве поставщиков, указано, что "вещи подлежат продаже за уступкою 10%", а последнего, что "все вещи передаются безвозмездно в распоряжение Величайше учрежденной Комиссии на ближайшее ее усмотрение".11 Из представленных Лепчиковым вещей некоторые образцы не были приняты Вспомогательным комитетом, так как точно такие же, но лучшего качества доставил иркутский купец 1-й гильдии И.Г.Громов. Узнав об этом, Лепчиков распорядился передать эти образцы Громову.12 Оросин, Аммосов фактуры не дали, сделав заявление о том, что "они не желают подвергнуть отсылаемые вещи суду экспертов", что жертвуют их в распоряжение Комиссии по содействию к выставке. Бубякин просил возвратить по окончании выставки тунгусский женский костюм в ЯОСК.13

Возврат экспонатов

В мае 1876 г. Съемочное отделение при Восточной Сибири сообщило Управляющему Якутской областью о возвращении в минувшем году в Иркутск вещей, отправленных на Венскую всемирную выставку и необходимости получения экспонентами своих вещей.14 На это Управляющий областью Г.Ф.Черняев ответил, что "не предстоит надеяться, чтобы экспоненты могли принять на себя расходы по обратному получению вещей из Иркутска" и просил генерал-губернатора приказать "возвращать поданные вещи в Якутск через почту (по казенному) или с транспортами интендантского и гражданского ведомств, или, наконец, с приплывающими сюда (в Якутск - П.В.) ежегодно купцами".15 Документы о дальнейшей транспортировке вещей нами не найдены.16

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, д. 192, л. 1.
2. Там же, л. 1-4.
3. Там же, л. 6.
4. Там же, л. 30.
5. Там же, л. 31.
6. Там же, л. 2, 3.
7. Там же, л. 7, 13, 14-16.
8. Там же, л. 18.
9. По сообщению В.Кротова, винтовка, представленная Ф.А.Аммосовым, на выставке не экспонировалась (Кротов В. Впервые на Всемирной выставке. // Социалистическая Якутия. - 1972. - 16 марта).
10. НА РС(Я), ф. 343и, оп. I, д. 192, л. 1; Кротов В. Указ. соч.
11. НА РС(Я), ф. 343, оп. 1, д. 192, л. 39-44.
12. Там же, л. 45, 46.
13. Там же, л. 38.
14. Там же, д. 233, л. 1.
15. Там же, л. 2.
16. По мнению В. Кротова, вещи обратно в область не возвратились (Кротов В. Указ. соч.).

1876 г. Выставка на 3-м Международном конгрессе ориенталистов. Санкт-Петербург.

1876 г.

Организация

26 января 1876 г. в Якутск пришло предписание от генерал-губернатора Восточной Сибири барона П.А.Фредерикса, в котором предлагалось в сопровождении двух-трех представителей коренных жителей отправить на выставку, организуемую на 3-м Международном конгрессе ориенталистов, наиболее характерные типы орудий труда, охоты, предметы домашнего быта, одежды, различные поделки местных умельцев.1

Представители выехали из Якутска 6 июня 1876 г. В Иркутске начальник Восточного окружного штаба, генерал-майор Насолов, занимавшийся отправкой вещей на выставку, представил их генерал-губернатору и, выдав подорожную, препроводил в Санкт-Петербург, куда делегация выехала в собственном экипаже, купленном за 130 рублей. К месту назначения представители Якутии прибыли 5 августа и поступили в распоряжение доктора естественных наук Неймана, ответственного за восточно-сибирские материалы выставки.2

На эту выставку часть экспонатов Якутской области была выслана по почте, а другие (экспонаты из Вилюйского округа) взяли с собой представители области. Конгресс работал с 20 августа по 1 сентября 1876 г. Материалы этого форума (многих известных востоковедов) публиковались, получили широкий резонанс.3 В экспозиции выставки, к сожалению, не создали специально "Якутский комплекс", "а вещи, принадлежащие Якутскому округу, распорядителями были развешаны вообще с Азиатскими вещами".4

Задачи

Перед представителями, кроме сопровождения экспонатов, ставились задачи "давать ясные ответы... на вопросы, касающиеся края, быта и обычаев", объяснять "о назначении и употреблении каждой вещи и способах приготовления ея". По пути они "для принесения пользы в родном краю" должны были "осмотреть на сколько дозволит время все значительнейшие фабрики, заводы и ремесленные заведения... обратить внимание на хлебопашество, огородничество и употребляемые для сего приемы, орудия и ручные инструменты, на уход за скотом и домашними птицами";

предлагалось побывать в Зимнем дворце, Петропавловской крепости, театрах, музеях, картинных галереях, посмотреть Балтийский военный флот.5

Состав делегации

Представителями для участия в конгрессе собрание голов, старост и почетных инородцев Якутского округа избрало старосту Жерского наслега Западно-Кангаласского улуса П.М.Боппосова и выпускника Якутской шестиклассной прогимназии, уроженца Сатинского наслега Западно-Кангаласского улуса, Е.Н.Слепцова. Последний должен был поступить "в Санкт-Петербурге в одно из высших учебных заведений на казенный счет". На дорожные расходы представителей собрание собрало 2945 рублей, из них 1000 пожертвовал купец из Восточно-Кангаласского улуса Ф.И.Лепчиков, а 500 - голова того же улуса Г.М.Соловьев. Кроме того Лепчиков на учение Слепцова выделил еще 1000 рублей.6 Есть сведение о том, что с согласия некоторых жертвователей с представителями выехал "мальчик Западно-Кангаласского улуса, Эргитского наслега, Иннокентий Калистратов Трофимов, 18 лет, обучавшийся в Якутской прогимназии" и тоже изъявивший желание учиться в Санкт-Петербурге.7 П.П.Петров пишет о том, что поехали также мальчик И.Прядезников и отставной фельдшер П.Порядин.8

Деятельность делегации

10 августа Нейман представил П.М.Боппосова и его попутчиков министрам Внутренних дел, Военных дел и Государственных имуществ, а также председателю конгресса, тайному советнику Григорьеву. 15 августа делегации Бурятии и Якутии были приняты в Царском селе Государем Императором. "Государь подошел к нам, спросил меня о вероисповедовании, а потом изволил выразить, что поездка не будет без пользы",9 писал позже Боппосов.

О работе научных заседаний конгресса якутские представители получили весьма смутное представление по той понятной причине, что "ориенталисты речи свои каждодневно говорили на иностранных языках". Однако они не оставались вне внимания востоковедов, их "спрашивали о вере, о роде происхождения, об образе жизни и занятиях". Как понял Боппосов, по мнению участников конгресса, якуты произошли "от тюркских племен", а шаманизм распространился у них "отбурят".10

Программа конгресса позволила делегации Якутии ознакомиться с наиболее значительными достопримечательностями Санкт-Петербурга, побывать в Кронштадте. Успешно, без волокиты решился вопрос поступления Е.Н.Слепцова в учебное заведение - он стал слушателем Медико-хирургической Академии.11 Значительная часть пожертвованных средств была израсходована на "экипировку" представителей. Об этом в авансовом отчете П.М.Боппосова читаем, например, следующее: "Куплены для Боппосова и Слепцова по 2 сорочки по 2 р. 50 к... Зонтик для Слепцова 1 р. 50 к. Пара чулок 30 к. Шарф 90 к. 2 платка 40 к. Шаль 1р... Разной зимней одежды на Боппосова. Оленья доха 15 р. Для Слепцова. Бараний полушубок 10 р. Сапоги, шапка, рукавицы и катинки 8 р. 50 к. Для Боппосова теплую рубашку и шаль 2 р. 50 к.".12

В письме из Санкт-Петербурга от 11 октября 1876 г. Боппосов сообщает, что задерживается "в ожидании возвращения наследника из Крыма" в надежде "представиться Его Высочеству".13 Добился ли он этой аудиенции - нам неизвестно. Из поездки П.М.Боппосов возвратился с уроженцем 3-го Жехсогонского наслега Ботурусского улуса Л.Я.Сивцевым, земляком, жившим в Санкт-Петербурге несколько лет "в услужении, сожалея бедности его и по невозможности ехать одному, опасаясь на тракту какого-либо случая".14

Экспонаты и экспоненты

Были собраны полные комплекты якутских женских и мужских костюмов, украшения из серебра, чороны, берестяные турсуки, наборы орудий труда и охотничьих принадлежностей, предметы повседневного пользования (нож, вилка, ножницы, огниво и т.д.). Якутский музей представил модель Якутского острога из мамонтовой кости. Всего накопилось 34 наименования экспонатов.15

Экспонаты поступили, в основном, из Якутского и Вилюйского округов. Экспоненты - мещанин Н.Г.Монтрезоров, староста Кюкяйского наслега Сунтарского улуса А.Самсонов с супругой, голова Восточно-Кангаласского улуса Г.Соловьев, староста Жехсогонского наслега Ботурусского улуса А.Сивцев - представили ценные в познавательном и художественном планах экспонаты. Особенно богато была представлена одежда якутов.16 Отправленный материал был оценен в 808 рублей.17 Все экспоненты, за исключением А.Самсонова, передали экспонаты с условием возвращения в случае их не реализации. Самсонов же пожелал "пожертвовать оные туда, куда признано будет... более полезным".18

Возврат экспонатов

По окончании выставки якутские экспонаты не были возвращены, а впоследствии их передали на Московскую Антропологическую выставку 1879 г. Оттуда вещи препроводили в Главное географическое общество, где надолго были затеряны их следы. Только в 1884 г. консерватор музея ВСОИРГО Н.Витковский разыскал коллекции в складах общества в Санкт-Петербурге. При этом он обнаружил утерю нескольких вещей, в том числе чоронов, винтовки, каменного топора. В этом же году найденные экспонаты были доставлены в Иркутск.19 Отправляя их в Якутск в ноябре 1886 г., женский кафтан, совершенно уничтоженный молью, для предохранения других вещей от порчи, сожгли, а лук, горбушу и три берестяных турсука оставили, "так как расход по упаковке этих малоценных вещей превзошел бы значительно самую стоимость их".20 При вскрытии посылок в Якутске обнаружили отсутствие из числа предметов, значащихся по описи, двух серебряных браслетов.21 Все другие вещи были возвращены владельцам.22

Примечания

1. Петров П. Чороны едут в Петербург. //Соц. Якутия. - 1980. 29 июля.
2. Научный архив Якутского научного центра (НА ЯН Ц), ф. 4, оп. 1, д. 164, л. 20, 22.
3. Там же; Петров П.: Указ, соч.
4. НА РС(Я), ф. 12, оп. ], д. 1814, л. 19.
5. НА ЯНЦ, ф. 4, оп. I, д. 164, л. 8-10: Петров П. Указ. соч.
6. Там же; НА ЯНЦ, ф. 4, оп. I, д. 164, л. 11, 16-18.
7. Там же, л. 24; В авансовом отчете П.М.Боппосова находим запись: "Иннокентию Калистратову выдано на экипировку русскою одеждою в виде жалования в разное время 44 р." (Там же, л. 26). Возможно в этом, или вышеупомянутом, документе "напутаны" отчество и фамилия. Сведений о возвращении мальчика нет. Отсюда можно предположить, что ему удалось поступить в какое-то учебное заведение.
8. Петров П. Указ. соч.
9. НА ЯНЦ, ф. 4, оп. I, д. 164, л. 22.
10. Там же.
11. Там же.
12. Там же, л. 27, 28.
13. Там же, л. 22.
14. Там же, л. 24.
15. НА РС(Я), ф. 12, оп. 1, д. 1814, л. 89, 90.
16. Там же, л. 33, 47, 52, 58, 94.
17. Там же, ф. 341, оп. 1, д... 266, л. 43.
18. Там же, ф. 12, оп. 1, д. 1814, л. 9; Впоследствии А.Самсонов потребовал возвращения переданных им вещей (Там же, л. 58).
19. Там же, л. 79-80, 103.
20. Там же, л. 99.
21. Там же, л. 92.
22. Экспонент Н.Г.Монтрезоров обратился к Иркутскому генерал-губернатору с прошением о взыскании от чиновника Ф.Бубякина 200 рублей за поврежденные мышами и молью меховые вещи, взятые им у просителя для выставки на Конгресс ориенталистов. Генерал-губернатор категорически отказал удовлетворить это ходатайство, отметив, что "следует обратиться к Председателю Русского Географического общества в Санкт-Петербурге". (Там же, л. 103).

1878 г. Всемирная выставка. Париж.

1878 г.

Организация

2 декабря 1876 г. Иркутский генерал-губернатор, генерал-адъютант, барон П.А.Фредерикс отправил Якутскому гражданскому губернатору Г.Ф.Черняеву предписание по поводу Всемирной выставки в Париже. Он сообщал о принятии Государем Императором предложения Французского правительства об участии России на этой выставке, создании Высочайше учрежденной Комиссии по устройству Русского отдела и просил привлечь "сколь возможно большее число экспонентов и в более разнообразных видах по тем ремеслам и фабрично-заводским производствам, которые наиболее развиты в области". Делопроизводителем выставочных работ по Восточной Сибири был назначен член Совета Главного управления Восточной Сибири, статский советник А.Падерный.1

24 января 1877 г. Якутский губернатор образовал под своим председательством "Комитет содействия выставке" из 5-ти высокопоставленных чиновников.2 От Главного управления Восточной Сибири были получены "Положение о Русском отделе на Парижской выставке", бланки объявлений и фактур с указанием, что объявления должны быть присланы до 1 сентября, а экспонаты при фактурах - к ноябрю 1877 г. Доставка вещей до сборно-приемных пунктов возлагалась на самих экспонентов. Только местные характерные произведения от мелких производителей могли быть представлены в Главное управление Восточной Сибири для отсылки их оттуда.3 В январе-апреле 1877 г. предложения об участии на выставке ЯОСК разослал всем окружным и горным исправникам области, надлежащим лицам.4

В июле Якутский губернатор, получив информацию с мест, сообщил в Совет Главного управлений Восточной Сибири об отсутствии желающих участвовать на выставке, объясняя это тем, что, во-первых, "заводская и ремесленная промышленность в области так ничтожны, что не могут конкурировать с таковыми же производствами других губерний", во-вторых, тем, что "самое сочувствие к выставкам уже довольно охладело по причине не возвращения с выставки многих предметов, высланных из области".5

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343и, оп. 1, 247, л. 2-4.
2. Там же, л. 7.
3. Там же, л. 9, 11.
4. Там же, л. 33.
5. Там же.

1879 г. Антропологическая выставка. Москва.

1879 г.

Организация

Выставка устраивалась по предложению Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии "как продолжение и дополнение" к этнографической выставке 1867 г. Она состояла "под почетным председательством Его Императорского Высочества Великого Князя Константина Николаевича".1 Для ведения дела по выставке при Обществе был учрежден особый Комитет под председательством профессора Московского университета А.П.Богданова.2 По предложению Общества Центральный статистический комитет обратился непосредственно в ЯОСК с просьбой оказать посильное содействие в организации выставки, выслал правила по ее устройству.3 В апреле 1878 г. ЯОСК получил "Труды Комитета выставки за 1877 г." и программу выставки.4 Вскоре Медицинская комиссия Комитета выставки обратилась к ним с просьбой представить материалы о первоначальном физическом воспитании детей.5 И, наконец, о необходимости помощи в организации выставки напомнил в своем письме Якутскому губернатору от 4 октября 1878 г. Иркутский генерал-губернатор.6 Открытие выставки намечалось в сентябре 1879 г. Заявления от экспонентов должны были поступить не позднее 1 августа 1878 г., а вещи - доставлены не позднее 1 января 1879 г.7

В феврале-октябре 1878 г. ЯОСК отправил всем окружным исправникам, в Якутске - в Окружное полицейское управление - программу по сбору этнографических данных.8 В декабре "Комитет по устройству выставки" отправил инструкцию для собирания этнографических вещей. В сопроводительном письме указывалось, что "срок заявления и доставки предметов в Комитет выставки может быть продолжен".9 Комитет предупреждал, что не принимает на себя обратную пересылку вещей и все, что останется, станет собственностью Общества любителей естествознания, этнографии и антропологии.10

Задачи

Выставка устраивалась "для ознакомления публики с задачами антропологии, преимущественно по отношению к России и составления в Москве Антропологического музея".11 На выставке наряду с антропологическими типами, населявшими и населяющими Россию, предполагалось сгруппировать такие этнографические коллекции, которые могли давать наглядное понятие о культуре этих народностей. С этой целью была составлена специальная программа по собиранию этнографических данных.12

Правила

Согласно "Правил по устройству Антропологической выставки" в ее состав входили "предметы, относящиеся к: 1) антропологии племен России; 2) доисторическим племенам ее (доисторическая археология); 3) общей антропологии и систематике племен". Вещи, допускаемые на выставку, были подразделены на 15 рубрик.13 В письме Императорского Общества любителей естествознания, антропологии и этнографии к ЯОСК от 12 апреля 1878 г. указывалось, что содействие выставке особенно "необходимо для получения... местных собраний каменных орудий, остовов, черепов и предметов из курганов и доисторических гробниц, фотографий местного народонаселения и предметов домашнего быта и обстановки".14

Экспонаты и экспоненты

От Верхоянского окружного исправника поступила модель тунгусской колыбели.15 Также на выставку отправили чаркаан (приспособление для ловли мелких зверьков), хомус (музыкальный инструмент якутов), образцы полезных трав, неизвестно кем представленные.16 Кроме того, Олекминский, Верхоянский и Якутский исправники доставили сведения о первоначальном физическом воспитании детей.17 Известно также, что на выставке экспонировалась голова носорога, найденного в 1877 г. в Верхоянском округе якутом Н.С.Гороховым, пославшим ее во ВСОИРГО. Так этот экспонат попал на выставку.18 Олекминский исправник в отправке вещей отказал, ссылаясь на то, что требуемые "предметы более сохранили свою оригинальность и первобытную форму в других округах Области".19 Отказ жителей Якутского округа исправник объяснил тем, что они "признают для себя обременительным принимать на свой счет как отсылку, так и обратную пересылку вещей", что боятся лишиться собственных вещей, как в случае с выставкой на Международном конгрессе ориенталистов в 1876 г., когда были высланы и не возвратились материалы на сумму 808 рублей.20

Последнее обстоятельство было связано с тем, что вещи, отправленные на названную выставку, без всякого согласования с представителями области П.М.Боппосовым и Е.Н.Слепцовым, перекочевали в Антропологическую выставку. Об этом стало известно после неоднократных ходатайств со стороны якутских властей в адрес Штаба Восточно-Сибирского округа и ВСОИРГО только весной 1880 г.21

Примечания

1. НА РС(Я), ф. 343, оп. 1, д. 266, л. 8.
2. Там же, л. 2, 3.
3. Там же, л. I.
4. Там же, л. 2.
5. Там же, л. 5.
6. Там же, л. 20.
7. Там же, ф. 341, оп. 1, д. 266, л. 59.
8. Там же, ф. 343, оп. 1, д. 266, л. 13.
9. Там же, л. 35.
10. Там же, ф. 341, оп. 1, д. 266, л. 59.
11. Там же.
12. Там же, ф. 341, оп. 1, д. 266, л. 58-60.
13. Там же.
14. Там же, ф. 343, оп. 1, д. 266, л. 2.
15. Там же, л. 48.
16. Там же, л. 91.
17. Там же, л. 61, 84; ф. 343, оп. 1, д. 266, л. 25, 26.
18. Мостахов С.Е. Сподвижники путешественников и исследователей (Участие местного населения в географическом изучении Севера-Востока Сибири в XVII - начале XX в.). - Якутск, 1966. - С. 174.
19. НА РС(Я), ф. 341, оп. I, д. 2666. л. 63.
20. Там же, л. 43.
21. Там же, ф. 12, оп. 1, д. 1814, л. 30.

(Продолжение следует)


Петр Васильевич ВИНОКУРОВ, кандидат исторических наук.

 

Яндекс.Реклама
камины для дома.. свадебные платья для полных.. мебель для кухни москва телефон на сайте.
Hosted by uCoz