Лауреат Национальной премии России «Золотой лотос»


Победитель Всероссийского конкурса «Золотой Гонг-2004»

  
 

 

На первую страницу номера

На главную страницу журнала

Написать письмо

Елена АЛЕКСАНДРОВА

Невероятно, но это был
мой отец...

«... Карты Геолкома оказались абсолютно неверными. Бризант уже стал с сомнением говорить, что Гонам, возможно, не впадает в Учур. Настроение у всех было подавленное, так как к тому же кончились и продукты. Тогда порешили спрятать образцы породы и заспешили дальше. Прошли еще верст шестьдесят и наконец увидели Учур, вздыбленный громадными торосами. Но стойбища эвенков там не оказалось. От отчаяния рванули вниз по реке и еще через сотню верст, уже голодая, наткнулись на чумы эвенка Александрова, члена Учурского улуссовета... Эвенк повез их оленями по другому притоку Учура, реке Гынаму, на прииск Тырканда... Олени тяжело хрипели, проминая тропу. Передовой шла почти пустая нарта, потом ехал легонький Александров, а уже пробитым путем легко шел остальной аргиш... На Тырканде был уже большой поселок и приисковое управление, подчиненное тресту «Алданзолото». Экспедицию встретили торжественно, всем миром, закатили добрый обед и проводили в Незаметный, снабдив в дорогу хорошими продуктами...»


В.А. Александров, 1934 год.

Это строки из романа Юрия Сергеева «Становой хребет». Экспедиция С.А. Бризанта в тот далекий 1929 год изучала Учурский бассейн, граничащий на севере с Алданским нагорьем и верховьями реки Маи, на востоке — с Охотским водоразделом, а на западе — с Тимптомом. Осенью Бризант с четырьмя помощниками решили сплавляться по Гонаму. По словам проводников, до Учура было всего двести верст, не более, а там находилось стойбище эвенков. От него на оленях поисковики планировали выехать зимним путем к Незаметному. Но Гонам показал весь свой непокорный нрав, и через некоторое время, устав испытывать судьбу на страшных порогах, экспедиция продолжила свой путь пешком. Только через два с лишним месяца группа отчаявшихся, оборванных, исхудавших, обмороженных людей наткнулась на чумы эвенка Александрова.

Все это можно было бы назвать художественным вымыслом, хотя в те годы многие поисковые экспедиции сталкивались с невероятными трудностями, проводя изыскания на Севере. Но...сохранился чудом один документ, на котором черным по белому написано: «Настоящим удостоверяю, что гр. Александров В.А. оказал полное содействие составу Учурской экспедиции в лице начальника С.А. Бризанта и 4-х работников, встреченных им на р. Учур, ниже р. Гонам (или Гыным — неразборчиво) . Данная часть экспедиции находилась в бедственном положении. Гр. Александров с 22 ноября по 7 декабря оказал помощь экспедиции для направления ее на Тырканду». Имеется подпись начальника экспедиции Бризанта. Номер документа — 163, датировано декабрем 1929 г.

Невероятное совпадение. История, описанная в книге, оказалась не вымышленной. Доказательство тому — документ Бризанта. Самое удивительное, что он сохранился среди бумаг моего отца Василия Алексеевича Александрова.

Кроме справки о помощи экспедиции сохранился еще один документ: «Трудовой список», аналог теперешней трудовой книжки. Он был утвержден 21 сентября 1926 года зам. председателя Совета Народных Комиссаров Союза ССР А.Цюрюпа. Список был заведен на имя В.А. Александрова с 25 января 1927 года. Отцу было тогда 20 лет. Первая запись гласит: «Член пленума Алданского окружного исполкома». Основание: «Удостоверение Алданского окружного исполкома от 25/1 — 27 за № 1483». Вторая запись: «Работа в Учурском п/совете». Третья — «Делегат 1-го Туземного съезда малочисленных народов Севера». Четвертая — «Член Комитета содействия народностей Севера при ЯЦИК». Пятая — «Делегат съезда тунгусской молодежи 15/7-27г.». Всего в списке 23 записи. Вплоть до апреля 1934 года. Отец был ликвидатором неграмотности, проводником-переводчиком при экспедиции геологической разведки в Учурском районе, председателем Учурского улусного исполкома, депутатом от Алданского округа на VI Всеякутском съезде Советов, членом комиссии по советизации Учурского района ЯАССР и т.д.

В конце тридцатых годов Василий Алексеевич переехал в село Аим Аяно-Майского района Хабаровского края. Здесь он женился на моей матери, Елене Пудовне Софроновой.

Началась война.

На пожелтевшем от времени листке удостоверения, сохраненном также в семейном архиве, убористым почерком штабного писаря написано: «За образцовое выполнение заданий командования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество Александров Василий Алексеевич награжден орденом «Красной Звезды». Начальник штаба части Абрамов. 14 августа 1943 года».

Дело было под Белгородом, 47-я отдельная саперная рота 532-го стрелкового полка 511-й дивизии, в которой служил рядовой В.А. Александров, с боями дошла до реки Донец. Река, правда, не такая уж большая, но достаточно широкая и глубокая. Командование поставило задачу во что бы то ни стало ночью форсировать ее и закрепиться на том берегу. Немцы сильно укрепили подступы к городу: три ряда проволочных заграждений, противотанковые рвы, укрепленные огневые точки, блиндажи.

С наступлением ночи началась переправа на плотах под сильным огнем противника. Саперы и минеры первыми форсировали реку. Правда, на этом месте не было почти течения, река походила на камышовое озеро. Командир полка отправил своих разведчиков и минеров «прощупать слабые места обороны», но разведчики не возвращались. Тогда командиру саперной роты он приказал обеспечить (разминировать) проход.

— В нашей роте был отчаянный парень. По национальности цыган, звали его Дима, фамилию не помню. Так вот, комроты приказал ему и мне разведать и обеспечить проход, — рассказывает Василий Алексеевич. — Нам дали миноискатели, ножницы, чтобы резать проволоку. И вот под покровом ночи ползем, как ужи. Темно, хоть глаз выколи. Но противник не спит: то и дело прощупывает лучами прожекторов и методически обстреливает из пулеметов.

Говорят, минер один раз ошибается. Это правда. Когда дошли до проволочного заграждения, Дмитрий осторожно стал водить миноискателем. Одну за другой находили мины, замаскированные под травой, дерном, снимаем с них капсюли и начинаем резать проволоку. Все это делается под сильным огнем противника...

Так два смельчака обеспечили хотя и узкий, но безопасный проход для наступления пехоты. Когда началась атака, Василий получил третье по счету ранение осколком снаряда.

За этот боевой подвиг командование полка представило его к награде — ордену Красной Звезды.

13 августа наши войска взяли Белгород.

После санбата В.А. Александрова направляют в Тбилиси — в госпиталь, где он лечится одиннадцать месяцев.

15 сентября 1945 года Александров возвращается в село Аим. Вскоре его избирают председателем сельсовета, затем председателем колхоза, он работает заведующим зверофермой, управляющим отделением совхоза» (статья Д.Дьячковского «Солдатская доблесть», газ. «Знамя Коммунизма», № 5 (4313), 1975 г.).

Сталинские репрессии не миновали все же моего отца. В начале 50-х годов его арестовали по доносу. И целых восемь лет он провел в лагерях.

В 1968 году наша семья переехала в Усть-Маю. В 1978 году на 70-м году жизни отец умер. Дали о себе знать и нелегкая жизнь, и ранения, и годы тюрьмы. Выросли дети, внуки, растут правнуки — 30 человек продолжают жизнь семьи Александровых.

Судьба моего отца схожа с судьбами многих его сверстников. С восторгом встретив революцию, паренек из эвенкийского стойбища прошел все испытания, выпавшие на его долю. Он свято верил в Советскую власть и умер с верой в светлое коммунистическое будущее. Его нельзя за это осуждать. Он дитя той эпохи, которая взрастила его, воспитала по своему усмотрению и заставила его отдать все свои силы и жизнь на ее процветание.

 

Яндекс.Реклама
виниловый сайдинг mitten хороший бесплатный сайт.. водопроводные трубы и трубы водопроводные продажа.. путевки в оаэ.
Hosted by uCoz