На первую страницу номера

На главную страницу журнала

Написать письмо

Ардык Сёдёт • Булчут СэргэйБеюк Уйбсюн • Додук Басылай • Дялан Марыя • Бечок Бырыланов • Акары Онюев • Мамыка Минаев сын Тонуйко Боюканов Балыксыт • Оргуй Иваев Одукеев • Дуркун Тунуй Мадмугаев сын • Ардык Сёдёт • Булчут Сэргэй • Беюк Уйбаан • Додук Басылай • Дялан Марыя • Бечок Бырыланов • Акары Онюев • Мамыка Минаев сынТонуйко Боюканов Балыксыт • Оргуй Иваев Одукеев • Дуркун Тунуй Мадмугаев сын • Ардык Сёдёт • Булчут Сэргэй • Беюк Уйбаан ДодукБасылай • Дялан Марыя • Бечок Бырыланов • Акары Онюев • Мамыка Минаев сынТонуйко Боюканов


Николай САМСОНОВ

Личные имена народа саха
(1635-1917 гг.)

Начало см.: “Илин”. — 1997. — № 1—2. — С. 44-47.

Второй, очень длительный период истории якутской антропонимии начинается с XVII столетия, когда Ленский край в 1632 г. вошел в состав Российского государства.

Основным процессом этого периода явилось изменение облика личных имен народа саха: они заменились чужими греко-латинскими именами. Связано это было с установлением на Ленской земле христианского вероисповедания. Сначала православие принимали немногие якуты. Но в начале XVIII в., когда петровское правительство начало проводить политику энергичной христианизации народов Сибири, в якутских улусах развернулась деятельность русских миссионеров. Однако православие и шаманизм в Якутии сосуществовали.

Регламентацией имен стала заниматься государственная власть в ее высшей инстанции. Как известно, в 1701 г. Петр I специальным указом запретил в документах употребление “полуимен”: “На Москве и в городах Царевичам и Боярам и Окольничим и Думным и Ближним и всех чинов людям Боярским и крестьянам к Великому Государю в челобитных и в отписках и в приказных и домовых во всяких письмах Генваря 702 года писаться целыми именами с прозваниями, а полуименами никому не писаться”.

С введением христианства саха стали называть именами церковными, пришедшими через русский язык из Византии. Эти имена были заимствованы Византией из языков многих восточных и европейских народов, и лучшие имена она канонизировала, то есть узаконила официально, сделав именами церковными. Кроме древних греческих, это были имена древнеримские, древнееврейские, сирийские, египетские и др. Каждое из них в своем родном языке имело какое-то значение, но при заимствовании в другой язык употреблялось лишь как имя собственное, а не как слово, обозначающее что-либо. Из языка древних греков через русский язык пришли к саха имена Александр — защитник людей, Андрей — земледелец, Демьян — веселый, Леонид — лев, Елена — светлая, Ирина — мир, Софья — мудрость. Из древнееврейского: Адам — человек, Еремей — брошенный богом, Семен (от Симеон) — услышанный, Мария — горькая, Анна — милость, благодать, Ада — счастливая, веселая. Из латинского: Антон — предводитель, Валентин — здоровый, сильный, Виктор — победитель, Константин — постоянный, Петр — камень и т.д. Эти имена постепенно приобрели русские звуковые и морфологические формы, стали изменяться по падежам, обрастали русскими суффиксами. Многие из них изменились значительно. Так, Аквилина стала Акулиной, Гликерия — Лукерьей, Иосиф — Осипом, Дионисий превратился в Дениса, Симеон — в Семена и т.д. Греческие имена, ацаптируясь, приобрели русские окончания: мужские — нулевое или -ей, -ий, женские -а (-я). Например, Кирилл, Андриан, Александр, Алексей, Андрей, Анатолий, Валерий, Александра, Марфа, Наталья, Софья, Дарья, Ксения, Валерия. Произошли и другие фонетические и морфологические изменения. Теперь все эти имена воспринимаются как русские, они стали неотъемлемой частью жизни народа и его языка. И все эти имена стали называться русскими.

Каждый крещенный саха получал русское имя, которое поп давал по особому церковному календарю — Святцам, месяцеслову, куда заносились имена всех святых и великомучениц, то есть прославленных церковью богоугодных подвижников. Одни и те же имена приходились в календарях на одни и те же числа, связанные с поминанием того или иного святого. Все имена в них распределялись по дням каждого месяца. Нарекая новорожденного в память того или иного святого, церковь как бы пожизненно прикрепляла человека к определенному небесному покровителю, которому он должен всю жизнь воздавать должное, празднуя день ангела — именины. Если, например, саха крестился в день почитания памяти св. Георгия, — непременно получал имя Георгий, девочка, крестившаяся в день великомученицы Анны, звалась Анной и т.д.

Был в старину такой обычай:
Несли младенца в церковь. Там
В страницы святцев пальцем тыча,
Поп имена давал по дням.
Коль ты родился в день Ефима,
То назван именем таким.
Но если в день Иеронима,
То — хошь не хошь — Иероним.

(М.Владимов. Святцы).

С каждым годом у народа саха русских имен становилось все больше. Перечень их был сравнительно невелик, и отсюда частая употребляемость одних и тех же имен. Эту особенность отметил известный якутский писатель Болот Боотур в своем романе “Пробуждение” (М.: Современник, 1978). Мать размышляет, какое имя дать новорожденному: “Только в одном нашем роде восемь Никулаев, только в одной нашей семье три Митряя. Зовешь одного, а откликается другой. Вот и приходится одного звать Митряй-старший, другого Митряй-младший, а третьего Митряй зубоскал... Муж выбрал хорошее имя. А согласится ли поп? Раз родился в ночь под святого Николая — носи имя Никулай. Беспременно так и скажет батюшка. А может, разрешит назвать нам его Нюргуном?” (с. 8).

После крещения старые якутские имена продолжали употребляться наряду с полученными при крещении русскими именами, выступая в качестве их составной части. Например, Ардык Сёдёт — Федот, по прозванию Ардык; Булчут Сэргэй — Сергей, по прозванию Булчут; Беюк Уйбаан — Иван, по прозванию Беюк; Додук Басылай — Василий, по прозванию Додук, Дялан Марыя — Мария, по прозванию Дялан и т.д.

В документах по истории Якутии XVII — XVIII вв. отмечены одночленные якутские личные имена: Абый, Арбай, Балтах, Кутур, двучленные: Бечок Бырыланов, Акары Онюев (русские суффиксы — приписки подьячих), Торбос Маган, Харах Огус.

Нередки в документах трех- и четырехчленные модели имен: Мамыка Минаев сын, Тонуйко Боюканов Балыксыт, Оргуй Иваев Одукеев или Дуркун Тунуй Мадмугаев сын.

Большое количество моделей якутских имен объясняется тем, что в официальные записи вносилось не только собственно якутское имя, но и русское, христианское, а порой и прозвище. Сборщики ясака, простые малограмотные люди, в записях якутских имен дополняли их русскими суффиксами -ов/-ев. Иногда форма личных имен как у русских, так и у саха употреблялась с уничижительным суффиксом -к-: Ивашка, Васька. В течение долгого времени в России, вплоть до специального указа Петра I, до XVIII века, была на ходу такая форма русских имен, как Ларка, Нестерко. Даже именитые люди в своих челобитных царю подписывались Петрушка (Бекетов, например), Абрашко, Ондрюшка.

На одном из ляховских островов в море Лаптевых в 1959 г. была найдена бронзовая доска с барельефом выдающегося северного исследователя Эдуарда Толля с надписью: “Эдуард фон Толль и его спутники — Фридрих Зееберг, Николай Протодьяконов, он же Омук, Василий Горохов, он же Багылай Чичах”. Доска эта была привезена в 1902 г. в район гибели Эдуарда Толля и его верных помощников. У двоих из н"х, саха, рядом с русскими именами записаны и их якутские имена.

Эта особенность имен нашла свое отражение в художественной литературе. Так, в повести народного писателя Республики Саха Николая Мординова “Беда” старик-охотник с горьким сожалением вспоминает о том времени, когда был он метким охотником и люди его уважали: “Какой уж из меня охотник. Это раньше меня Булчут Уйбаан называли. Сейчас Иваном Дмитриевичем Титовым кличут”. С гордостью вспоминает старый саха свое прежнее имя.

Со времени христианизации и вплоть до начала XX века — до революции — вторые, “свои” имена в якутской семье давались раньше официального (православного).

Национальное имя сплошь и рядом оставалось на всю жизнь основным, особенно по частоте употребления; документальному же, русскому имени “доставалась” лишь официальная сфера. Однако второе имя проникало и в эту сферу, сопровождая русское имя. В документах XVIII—XX вв. довольно часто встречаются факты сосуществования обоих имен у саха, что хорошо иллюстрирует положение о значительности роли вторых именований.

“Сего 1822 г. в июне месяце мой .Федор Андросов по-якутски Дириги с семейством мужеска и женского пола... отлучился с ухождей своих...” (из донесения князцу Николаю Тюприну).

“...Немедленно представить по прилагаемой форме списки о ... старостах... Николае Дьяконове (Шагра) и Василии Бобровском (Кулгах); инородцах... Максиме Степанове (Харанай)... Николае Винокурове (Муна)...” (из предписания верхоянского окружного исправника от 7 декабря 1891 г.).

“Егор Павлов, по прозванию Отобуй, якут Якутского округа Намского улуса. Участвовал в экспедиции лейтенанта А.В.Колчака...” (из “Ходатайства Комиссии... в Министерство внутренних дел России о награждении участников экспедиции Э.В.Толля. Петербург, 3 марта 1905 года”) и т.д.1

Имена, которые давались попами при крещении, для аборигенов Ленского края были непонятны и трудны для усвоения и запоминания, поэтому в повседневной жизни человека называли не официально записанным именем, а привычным национальным именем из первичных, понятных слов родного языка. Об этом писал в свое время, например, И.А.Худяков, отбывавший ссылку в г. Верхоянске в 1867—1874 гг.: “У каждого якута есть русское имя, но эти последние здешние якуты очень плохо помнят, а на якутское народное прозвище откликаются тотчас. Однако и между народными прозвищами втерлось много русских слов: Дураков, Двойка, Кедяк (Худяк), Сипицин (имя женщины), Настасья (имя табалахского якута-мужчины) и пр....”.2

До двадцатых годов нашего столетия не как прозвище, а как личное не встречается ни одного "кутского, эвенкийского, эвенского имени в официальной речи, как письменной, так и устной, потому что имена новорожденным продолжались даваться в соответствии с церковными святцами.

Только с 1923—1926 гг. наблюдается появление якутских и других имен, зафиксированных в официальных документах о рождении. Но в эти годы количество таких имен довольно незначительно, многие из них встречаются в архивных документах только раз. Например, Керегей, Чолбон, Кустук, Манчары, Сарлы, Аян, Саргылана, Кыдана, Айта, Отон, Сатта, Айгылана, Кыча, Саха, Сахайя, Сайсара, Онахай, Дыгын.

Довольно широкое распространение якутские имена получили в 50—60-ые годы, при этом их доантропонимическое значение почти прозрачно. Например, Кустук — радуга, Саргылана — заря, Ыйдана — луна, Кюнняй — солнце, Нюргусун — подснежник, Сардана — саранка, Чагылган — молния* и др.

Следует заметить, что якутские имена присваиваются чаще девочкам. По-видимому, сказывается то, что от мужских имен трудно образовать отчество, уменьшительно-ласкательные, уничижительные формы.

Русские имена, входя в якутский язык, подвергались сильным фонетическим преобразованиям, потому что звуковые системы этих языков значительно различаются (структурно они далеки друг от друга. Эти языки принадлежат к разным семьям: русский — к индоевропейской, а якутский — к тюркской). Так, если в русском языке шесть гласных звуков, то в якутском их двадцать, имеются простые гласные (краткие и долгие — всего шестнадцать) и дифтонги (четыре). Все гласные якутского языка в слове строго подчинены закону гармонии гласных. Весьма своеобразна и система согласных этого языка. Поэтому при заимствовании слов происходят замены звуков, их перестановки, опущения и добавления звуков. В результате русские заимствованные имена в языке саха изменяются порой до неузнаваемости. Например, Байбал (Павел), ДьарааЬын (Герасим), Киргиэлэй (Григорий), Седует (Федот), Суедэр (Федор) и др.

В настоящее время в официальных документах принято русское написание и произношение имен, но в художественной литературе допускается и их якутское написание.

С распространением русского языка и растущим экономическим и культурным влиянием русского народа у народов Республики Саха продолжался процесс внедрения русского именника. В результате русская антропонимическая система закрепляется как единственная в официально-документальной сфере и все настойчивее проникает в обыденное именование человека у саха.

Нами далее будут рассмотрены вопросы состава, изменения, функционирования и образования личных имен жителей города Якутска, поскольку, во-первых, он является столицей Республики Саха (Якутия), во-вторых, в его официальных документах нашли отражение основные тенденции именования новорожденных, происходящие на территории всей Якутии, в-третьих, в нем, в отличие от других населенных пунктов Республики Саха, более полно сохранились метрические записи, начиная с 1909 года.

До 1930 года мы не можем говорить о выборе личных имен в русских, якутских и смешанных семьях, потому что разграничение семей пр национальному принципу зафиксировано в документах ЗАГСа г. Якутска только с этого времени. Поэтому до 1930 г. будем судить о личных именах независимо от национальности новорожденного.

До 1923 года новорожденных детей горожане крестили в церквях и давались им исключительно канонические имена по святцам, причем число их было ограничено, именник этого периода немногообразен, чуть больше сотни имен.

Рассматривая записи архивных документов за 1910 год, видим, что всего новорожденных в г. Якутске было 427 человек: мальчиков 212, которым было дано 49 разных имен, и 215 девочек, которым дано 56 имен. Наиболее часто давали имена Николай (18 человек) — 8,4 процента от всех мужских имен, Василий и Алексей (17 человек) — 8 проц., Георгий и Иван (16 чел.) — 6,8 проц., Иннокентий (14 чел.) — 6,6 проц., Михаил (12 чел.) — 5,6 проц., Петр (10 чел.) — 4,7 проц., Дмитрий (9 чел.) — 4,1 проц., Константин и Павел (7 чел.) — 3,2 проц., Александр (6 чел.) — 2,8 проц. Довольно употребительными оказались еще имена Семен, Владимир, Афанасий, Анатолий, Виктор.

Женских имен оказалось несколько больше, самыми популярными именами были Мария (22 чел.) — 10 проц. от всех женских имен, затем Александра (18 чел.) — 8,2 проц., несколько отстали от них Ольга, Екатерина и Елена (12 чел.) — 5,5 проц., за ними шли Анна, Варвара, Вера, Евдокия и Нина.

Именник 1910 г. включал в себя парные мужские и женские имена: Александр и Александра, Анастасий и Анастасия, Валентин и Валентина, Клавдий и Клавдия.

В “репертуаре” этого года следует отметить редкие старинные мужские имена с конечным -ик: Кирик, Андроник, Зотик, Илларик, Клеоник, Рюрик. Из старых календарей были употреблены женские имена Кликерия, Глафира, Василиса.

В написании этого периода не было единства, писали Иван и Иоан, Федор и Феодор, Семен — Симон — Симеон и т.д.. В конце имен после согласной ставилась буква Ъ(еръ): Иосифъ, Илларионъ, Никифоръ.

Примечания

1. Рудных А. И. Вторые имена у якутов. // Антропонимика. — М.: Наука, 1970. — С. 223-224.

2. Худяков И.А. Краткое описание Верхоянского округа. — Л., 1969. — С. 122.


* Графика всех якутских имен дана в соответствии с написанием в документе.

 

Яндекс.Реклама
имплантаты. Заказать унитаз hatria классический унитаз с бочком Санстрой.
Hosted by uCoz