На первую страницу номера

На главную страницу журнала

Написать письмо

Татьяна ПЕТРОВА

«Русские старожилы Республики Саха (Якутия)»

Русское старожильческое население Якутии складывалось постепенно, в течение нескольких столетий. Процесс его формирования был сложен и тесно связан как с внутренней жизнью русского государства, так и с обстановкой, сложившейся в самой Якутии.

На протяжении XVII в. в Сибири сложились обширные районы русского оседлого земледельческого населения. К XVIII в. пришлое население численно стало превосходить коренное. По официальным данным 1710 г., в Сибири было 314 тыс. русских переселенцев обоего пола (это на 100 тыс. человек превышало местное население). Подавляющая часть их пришла в Сибирь в потоке стихийного переселения. В Якутии в середине XVII в. ежегодно насчитывалось до 3—4 тыс. русских промышленников, в верховьях Лены и по р. Илиму создавался хлебопроизводящий район. На реках Индигирке, Колыме, Яне, Оленеке, в устье Лены часть промышленников и служилых людей стала оседать на постоянное жительство. Там образовались локальные группы старожильческого русского населения, в дальнейшем испытавшие серьезное этническое влияние со стороны соседей. Однако в условиях Якутии, в отличие от других районов Сибири, русские не составляли большинства населения и до ХХ века их доля не превышала 10%.

В центральной Якутии и верховьях Лены русское старожильческое население сложилось из выходцев из Сибирских губерний, Центрально-промышленного района (Московская, Костромская, Ярославская, Владимирская и др. губернии), северо-западных губерний (Петербургская, Псковская, Новгородская). Этот факт послужил одной из важных причин того, что в условиях Якутии локальные черты, присущие вновь прибывающим группам, быстро утрачивались и они вырабатывали схожий образ жизни (т.к. все они относились к группе русских северной и центральной зоны).

В ходе формирования русского населения на территории Якутии исследователи выделяют несколько миграционных потоков в зависимости от времени, причин и места происхождения. Каждым из потоков переселенцев в Якутию перемещалось то или иное количество лиц, разных по своему социальному, религиозному и территориальному происхождению.

Первый этап колонизационного движения XVI—пер. пол. XVIII веков. в наш регион был связан, прежде всего, с развитием пушного предпринимательства. Поэтому в состав колонистов входили промышленники, казаки, служилые люди. Якутский гарнизон постоянно пополнялся людьми из Енисейска, Мангазеи, Тобольска, Томска, Красноярска, т.е. за счет внутрисибирской миграции. Проанализировав сведения о происхождении населения Енисейского края и Мангазейского уезда, В.А.Александров сделал вывод о преимущественно поморском происхождении русских переселенцев (в основном, из центральных и северных уездов Поморья). По материалам И.С. Гурвича, в низовьях Лены, на Оленьке, Индигирке, Колыме основную массу переселенцев составляли устюжане, усольцы, мезенцы, колмогорцы, белозерцы, т.е. уроженцы северных городов.

Первые крестьянские поселения Якутии так же заселялись людьми, пожившими некоторое время в Сибири. Так, Витимская и Пеледуйская деревни были основаны енисейскими «гулящими и промышленными людьми». В Амгинскую слободу (Ф.Г. Сафронов считает датой ее основания середину XVII в., И.И. Майнов — пер. пол. XVIII в.) в 1731 г. было переселено 50 крестьянских хозяйств из Илимска. По данным Майнова, население Илимска образовалось, главным образом, из ссыльных Тюмени, а Тюмень заселялась из Великого Устюга. Значит, отдаленными предками амгинцев были устюжане.

Таким образом, с первым потоком переселенцев в Якутию прибыли представители северной русской историко-культурной зоны. Современные исследователи характеризуют эту зону наличием «окающего» диалекта и такими локальными особенностями в культуре, как малодворные сельские поселения, образующие отдельные «гнезда», монументальное жилище (изба), соединенное с хозяйственным двором, «сарафанный комплекс» женского народного костюма, бытование былин, протяжных песен, причитаний и др.

Вторым потоком (втор. пол. XVIII — XIX вв.), который уже полностью регулировался царской администрацией, в Якутию, помимо сибиряков, стали прибывать выходцы из центральных и западных губерний. По архивным данным и информации старожилов удалось установить места выхода большинства основателей станков по Иркутскому тракту. Так, например, предки Соколовых, одних из основателей Табаги, Булгунняхтаха, Тектюра, Тоен-Ары были выходцами из Костромской губернии. Яныгины — основатели Березовской, Точильной и др. — выходцы из Нижегородской губернии. Предок Сухановых — старовер из Забайкалья. Софроновы — из Московской, Филипповы — из Ярославской, Соловьевы — из Курской губернии и т.д.

Родственники засельщиков первых станков по Лене (Табаги, Улах-Ана, Бестяха, Синска, Дельгея и др.) позже явились основателями новых станций. Так, Леонтий Яныгин из крестьян с. Лысково Нижегородской губернии в 1776г. был сослан с семьей в Якутию. Здесь он стал родоначальником потомственных ямщиков станции Березовки. В 1820г. он отделил своего старшего сына Якова на вновь созданную станцию Точильную, сына Демида — в Нохтуйск. Родоначальник Филипповых — Прокопий, один из основателей ст. Ой — Муран, двоих своих сыновей переселил на ст. Иситскую, одного на Малыканскую.

В XIX веке наблюдалась, в основном, миграция крестьянства внутри губернии. Исключение здесь составляет небольшое количество засельщиков Охотского и Аянского трактов. Большинство из них были выходцами из верхоленских уездов и Забайкалья и, с закрытием трактов, покинули территорию Якутии. В это же время наблюдается приток в губернию религиозных ссыльных. Хотя отдельные представители сектантов ссылались сюда с конца XVII века и расселялись по якутским наслегам.

Массовая ссылка скопцов в Якутскую область относится к 60-м годам XIX в. Тогда из Туруханского края в Якутию было переселено 223 сектанта. Скопческое население Якутии по национальному составу принадлежало, в основном, к великороссам, выходцам из Сибири, Петербургской, Таврической, Орловской, Самарской и других центральных и южных губерний. Кроме того, среди скопцов было 11% финнов и 11% малороссов и молдаван. Ими заселили село Мархинское, великороссов же расселили в отдаленных местностях Якутского округа.

Наиболее существенное переселение старообрядцев из Забайкалья и Иркутской губернии в Якутию (около 100 семей) для организации Аянского тракта произошло в середине XIX в. После упразднения тракта часть их переехала в Приамурье. Другая часть проживала в основанных ими селениях и компактными группами в притрактовых деревнях русских старожилов. Так, старообрядческое селение Павловское основали семейские из Тарбагатая, которые, в свою очередь, были высланы в сер. XVIII в. из Черниговской и Могилевской губерний.

Третий этап заселения русскими Якутии относится к концу XIX- началу ХХ в.в. (т.е. после реформы 1861 г.). Его особенностью было то, что в это время в край начали прибывать добровольные переселенцы, в основном, из Западной Сибири. Так, в 1897 году более 80 выходцев из Минусинского края основали деревню Владимирскую.

При переселении части этноса, как это было с русскими, за пределы материнской территории, этническая группа, как правило, на месте нового расселения образует в начале компактный ареал, относительно обособленный от местного населения, пока ей чуждого и незнакомого. Поэтому на начальных этапах расселения внутри этнических групп доминируют процессы консолидации, противопоставления себя чужим и стремление перенести на чужую территорию образ жизни, характерный для мест выхода. В создаваемых на территории Якутии острогах, зимовьях, деревнях, быт на первых порах был русский. Строились теплые деревянные избы, использовались русские промысловые навыки, появлялись первые распашки. В сложных природно-климатических условиях эти процессы сопровождались определенными трудностями.

В непривычной среде мигранты, стремясь адаптироваться к новым условиям, переняли рациональный опыт местного населения. Русские заимствовали у коренных народов Якутии одежду, пищу, некоторые способы охоты и рыбалки, типы жилища и многое другое. При этом они не отказались от привычных отраслей хозяйства. Так, хозяйство и быт приленских крестьян сложились весьма своеобразно, под сильным влиянием «инородческого элемента». Главным промыслом крестьян была почтовая гоньба, главным подспорьем — скотоводство по якутскому образцу, охота, рыбалка. Земледелием они стали заниматься всерьез лишь во второй половине XIX века. Большинство крестьян проживало в небольших (дворов 10—30) деревнях-станциях, расположенных по берегам Лены в 20—30 верстах одна от другой. Взаимное общение при этом могло поддерживаться лишь между обитателями трех-четырех ближайших станций. Кроме того, содержание этих станций до начала XIX века было возложено, как повинность, на окрестные якутские рода.

Необходимо отметить и совершенно особые группы русских старожилов Колымо-Индигирского района. Практически не смешиваясь с коренными народами севера Якутии, сохранив язык времен Московских княжеств, русскоустьинцы, ожогинцы, колымчане почти не отличались по быту и экономическому положению от своих соседей.

Под влиянием природно-климатических условий, в результате культурного взаимообмена с автохтонными народами менталитет русских в условиях Якутии претерпел существенные изменения. Большинство русских якутян, не теряя родовой памяти (практически все старожилы помнят места выхода предков), стали выделять себя из всего массива русского населения, осознавать свою культурную, языковую специфику. Становление каждого нового поколения «русских якутян» происходило не в мононациональной, а полиэтнической среде и это, в свою очередь, имело немаловажное значение в динамике культурных взаимовлияний и формировании русского старожильческого населения Якутии. В свою очередь, русское влияние распространилось на все формы жизни и деятельности коренного населения Якутии.

В настоящее время сохранились русские деревни и селения, где русские составляют большинство или значительный процент населения. Это население можно отнести к потомкам крестьян-старожилов, так как одной из особенностей истории Якутии советского периода явилось как раз то, что переселенческое движение из Центральной России, республик Союза практически не коснулось деревни. Здесь долгое время можно было проследить локальные особенности отдельных старожильческих групп в их духовной и материальной культуре.

Потомки русского старожильческого населения проживают сегодня во всех 35 улусах республики, а компактно — в Аллаиховском, Нижнеколымском, Булунском, Жиганском, Оймяконском, Усть-Майском, Мегино-Кангаласском, Амгинском, Хангаласском, Вилюйском, Нюрбинском, Ленском и Олекминском улусах.

Русское старожильческое население Якутии внесло и вносит существенный вклад в социально-экономическое, культурное, научное освоение и развитие республики. Широко известны потомки Шелеховых, Чикачевых, Сухановых, Соловьевых, Самсоновых, Власовых и многих других.

29 ноября 1996 года была образована общественная организация «Русские старожилы РС(Я)». Председателем ее избран нынешний глава администрации Усть-Майского улуса, канд.полит.наук В.В.Топорков.

Основные виды деятельности организации: возрождение и сохранение истории, русского языка, самобытной старожильческой культуры; возрождение и сохранение лучших традиций и обычаев русского старожильческого населения; охрана исторических памятников, родной природы и патриотическое воспитание молодежи; возрождение и сохранение православия как основы духовности и единения русского народа.

На сегодняшний день создано 3 местных отделения организации «Русские старожилы РС (Я)»: в Усть-Майском, Амгинском и Мегино-Кангаласском улусах. Организация является одним из самых активных национальных объединений и играет заметную роль в общественной и культурной жизни Республики Саха (Якутия).


Татьяна Петровна Петрова, зам. председателя общественной организации "Русские старожилы РС (Я)".

Яндекс.Реклама
прессотерапия лучшие цены в москве.. повышение квалификации информация и повышение квалификации новости сайт.. демонстрационные варианты егэ по математике
Hosted by uCoz